Автор
Первокурсница обнаруживает необъяснимое притяжение к незнакомцу, чье присутствие вызывает сильные эмоции и ощущение проклятия. Между желанием забыть и нарастающим влечением возникает конфликт, когда истинная природа отношений ставит под угрозу всё.
Теперь сюда едут либо от безысходности, готовые на бесправную жизнь в нищете, либо мечтатели. Последние от идиотов, по-моему, ничем не отличаются.
— Кара! Кара, — Нэнси звала на максимальных мощностях своего голоса — едва слышно.
Отошла с прохода к стене в ожидании.
Нэнси со смущенной улыбкой вылетела из кабинета, остановилась рядом.
— Я волновалась за тебя, — начала она сходу.
— Не стоит, — махнула рукой, не зная, что еще сказать. — Ты вчера… как все прошло? В клубе.
Перерыв между парами небольшой, сразу пошли на поиски следующего кабинета.
— Лучше, чем я представляла, — щеки Нэнси заметно порозовели, по опущенному в пол взгляду ничего не понять, кроме неловкости.
Это здорово. Действительно классно, что у нее все прошло хорошо.
Обидно, черт возьми. У меня вчерашний вечер был паршивее многих. Феерично-отвратительный. Не считая небольших проблесков между "хреново" и "очень хреново".
Непонятно для чего казаться хорошей, но это же Нэнси. Ее обижать почему-то не хочется.
— Скам Аштар оказался адекватным?
Выглядывающие из рукава свитера пальцы почесали висок.
Куда уж сильнее смущаться? Что между вами было?
— Мне кажется он самый адекватный среди всех столичных, — Нэнси скатилась до шепота.
Никогда не считала себя завистливой. Похоже, я не так хорошо себя знаю.
Кабинет философии расположился под косой стеклянной крышей. Ветер гонял по ней редкие листья, серые тучи не давали забыть, что наступила осень.
Не люблю этот период. Когда яркие цвета сменяются безликой серостью, чувствуешь себя раздавленным. Никакого второго дыхания не открывается, скорее перекрывается единственное.
Профессор Жардин в очках с узкими вытянутыми стеклами начала пару со знакомства, только нас она при этом не спрашивала.
— Вот ты, — тонкий черный кончик длинной ручки указал на Нэнси, — неуверенная в себе, закомплексованная, в глазах страх, ужас и паника. И сейчас трясешься. А ты, — ручка указала на Рюка, — вечно ищешь неприятности и точно их находишь. Все вы выглядите жалко.
Она с наигранным вздохом заняло свое кресло.
Мы точно не поладим.
Нэнси обхватила себя руками, видимо, чтобы меньше трястись.
— Не бери в голову, — шепнула я ей.
Робкая улыбка стала ответом.
— Что ты ее успокаиваешь?
Я обернулась на недовольный голос. Жардин сверлила во мне дыру сквозь очки.
— Ты у нас, я полагаю, заносчивая выскочка. Зеленые волосы… Когда ты в зеркало на себя смотрела? Наберут цирк уродов, смотреть противно.
Нэнси сбоку обронила короткий вздох.