Они рассчитывали, что платье привлечет внимание Эвана и разбудит его воспоминания. Напомнит Эвану о данном давным-давно обещании. Том самом, которое он так и не выполнил. Том, которое он и не собирается выполнять.
Золотое платье сообщало ему (без ведома Фелисити Фэрклот), что Дьявол побывал тут первым.
Что в этой игре он опережает своего брата. Что он победит.
Марвик долго смотрел на нее, а Дьявол хотел только одного – немедленно забрать ее оттуда.
Он не успел поддаться порыву – его спас тот наглец, что прикасался к ее запястью.
Он показал на оркестр и протянул ей руку. Приглашение к танцу. Фелисити вложила свою ладонь в его, и он вывел девушку на середину зала, прочь от Эвана.
Прочь от Дьявола.
Уит буркнул:
– Я ухожу.
– Ну и уходи, – ответил Дьявол. – Я остаюсь.
– С ней?
«Да».
– С ними.
После долгого молчания Уит негромко произнес:
– Что ж, хорошей охоты, – и оставил Дьявола в темноте, смотреть, как она переходит от партнера к партнеру, снова и снова вращаясь по бальному залу.
Он смотрел, как она улыбается одному за другим, и молча запоминал их ошибки. Рука слишком низко на талии. Взгляд, чересчур долго задержавшийся на ее груди. Шепот слишком близко к ушку.
Наблюдая за происходящим, Дьявол начал терзаться, испытывая острую неприязнь к мужчинам, которым позволялось прикасаться к ней, обнимать ее, танцевать с ней. Он безмолвно воображал, как карает их в точности, как той ночью покарал Регги. Не позволяет им появляться рядом с ней.
На мгновение он представил себе, что произойдет, если он и в самом деле сможет это сделать – запретить им подходить к ней, одному за другим, до тех пор, пока рядом с ней не останется только один мужчина. Он сам.
Мужчина, недостойный ее, ведь он намерен использовать ее, чтобы уничтожить другого, и оставить обесчещенной.
Но несколько десятков лет назад было время, когда все для него могло сбыться, сложиться иначе. И повернись события по-другому, в этом помещении мог бы находиться Дьявол.
И он мог бы быть нарядно одетым и наблюдать за своей невестой в красивом золотистом платье. И мог бы радостно привлечь ее в объятия, танцевать с ней, кружась по всему залу.
Было время, когда он мог стать герцогом. Мог подарить Фелисити Фэрклот жизнь, о которой она мечтает.
И на краткий миг Дьявол задумался – а на что он мог бы пойти, чтобы распахнуть ту дверь, если б знал, что за ней стоит Фелисити Фэрклот?
«На что угодно».
