Внутри автомобиля скрывались угроза и тайна. Представительский белый «Линкольн» катился по Бейруту, проникая в мир богатых отелей, казино и ресторанов. Здесь царила напряженная атмосфера, где каждое движение можно было уловить, как нити шелка между золотыми купюрами и стальными мечами....
У боевого охранения может быть только одна задача – отражение возможного удара: упреждающего или, что только и возможно в данном случае, ответного. Шеф разведки сдвинул брови и пристально взглянул в лицо своему подчиненному. Но тот так ничего и не добавил к сказанному. Директор ЦРУ бросил взгляд на аппарат прямой связи с Белым домом, потом вновь поднял его на начальника русского отдела и озабоченно спросил:
– Как вы думаете, Роджер, мы должны проинформировать президента?
* * *Главный штаб ВМФ занимал целое здание в центре Москвы, окруженное высоким забором.
– Подполковник Черкасов, оперуполномоченный военной контрразведки, – представился вышедший офицер и, перехватив удивленный взгляд Егорова, пояснил: – Я большую часть времени здесь, вот и ношу морскую форму для конспирации.
Егоров протянул подполковнику руку.
– Андрей Геннадьевич. Мой коллега Игорь Колесников. Где мы можем поговорить?
– Пройдемте в мой кабинет, – предложил контрразведчик. – Только покажите дежурному свои удостоверения, чтобы он смог выписать пропуск.
Пока дежурящий на КПП старший лейтенант выписывал разовые пропуска, Егоров поинтересовался у Черкасова:
– О пропавшей лодке так и нет вестей?
Контрразведчик в ответ скорбно покачал головой.
* * *Смена капитана первого ранга Пинчука начиналась в восемь утра. Когда он входил в Главный штаб ВМФ, настенные часы в вестибюле показывали две минуты девятого. Все уличные пробки – будь они неладны! Ничего, Лазарев не перетрудится, если сдаст дежурство на пять минут позже.
Уверенной походкой Пинчук направился в дежурную часть. Но, когда открыл застекленную дверь облицованного пластиком просторного зала с огромной, во всю стену, картой двух полушарий, висящей здесь еще со времен СССР, и проекционной установкой, появившейся только в прошлом году, то изумленно застыл на месте.
