– Мне нужно пристрелить тебя, чтобы это произошло?
Все началось с какого-то фонового гула голосов, и Эбби попыталась игнорировать его, сосредоточившись на словах Гусеницы. Во время этого разговора прислушиваться к голосам на заднем плане было задачей Уилла.
Но по мере того, как голоса становились все громче, она больше уже не могла пропускать их мимо ушей. Теперь уже нет.
Это была Сэм. Кричала на кого-то. Что-то доказывала. Раздражая вооруженных людей, делая их опасными и непредсказуемыми.
А потом какой-то мужчина выкрикнул: «Мне нужно пристрелить тебя, чтобы это произошло?»
Снова крики, и Гусеница заорал: «А ну-ка прекрати – не двигайся, никому не двигаться!»
– Гусеница, – произнесла Эбби в микрофон, повысив голос. – Похоже, все становится…
«Не стреляй!» – крикнула женщина.
«Хватит болтать, заткнись, из-за тебя нас убьют!»
«А ну-ка заткнулись все на хрен!» – Голос Гусеницы.
– Гусеница! – Эбби уже и сама кричала. – Скажите им, чтобы они успокоились! Вам всем нужно успокоиться!
Крики продолжались, но Эбби уже не могла разобрать, о чем шла речь. У нее перехватило дыхание, морозный холод сковал грудь, когда ее собственный последний крик эхом отозвался у нее в голове.
Кто-нибудь когда-нибудь успокаивался, услышав подобный приказ или даже совет? Эбби никогда такого не видела – ни в сотнях прочитанных расшифровок переговоров, ни в собственной жизни.
Она хорошо знала: разгневанный человек, когда ему советуют успокоиться, способен лишь еще больше разозлиться.
Она попыталась обрести голос, сказать что-то еще, но голос пропал. Горло у нее сжалось. Эбби быстро заморгала, пытаясь сосредоточиться на том, что происходило на другом конце линии. Ее глаза встретились с глазами Уилла.
Он в ужасе уставился на нее.
Затем Гусеница рявкнул в трубку:
– Потом с вами поговорю! Просто пускай этот парень приедет сюда.
– Господи Иисусе, – выдохнула Эбби.
– Эбби, – мягко произнес Уилл.
– Нет. – Она подняла руку. – Не надо. Пожалуйста. Просто… дай мне минутку.
Сняла наушники и встала, совершенно ошеломленная. Спотыкаясь, подошла к доске и уставилась на нее. Требовалось кое-что из этого записать. У них появилась новая информация. Теперь они…
Тот человек угрожал застрелить Сэм. А Эбби, если что, сделала все еще хуже.
Она хлопнула ладонью по доске, размазав чернила.
– Черт бы все это побрал! – Собственный голос показался ей каким-то чужим, как у раненого животного.
– Не думаю, что он даже слышал тебя, – сказал Уилл. – И не похоже, чтобы кто-то пострадал.
