Автор
Ночной мрак распространялся по городу, лишь местами пробивались слабые желтые огоньки окон домов. Тихий пригород раздавался только шорох шагов и глухой стук затертых ботинок у двери докторского дома. Глаза полусонного врача сузились, когда он неуклюже открыл дверь и замер на пороге перед обезумевшим в страхе бродягой, который пытался упасть прямо ему на плечи....
– Тем не менее, его схватили.
– Да, и это нас очень удивило. Создавалось впечатление, будто он… будто он сам хотел попасть в Германию, узнав о том, что тебя увезли туда. Та же знаешь, как он был привязан к тебе. Он держал тебя под своим крылом.
– Да, – задумчиво произнес Ионатан. – Он и в Германии так поступал. Он умер, защищая меня.
– Я полагаю… – врач сделал неопределенный жест рукой, – я полагаю, что… Ионатан улыбнулся.
– Я понимаю, что вы имеете в виду. Нет, могу поклясться, что он был не из тех.
– Я понимаю. Да, нам так не хватало этой зимой вас обоих! И мы так обрадовались, узнав, что тебе удалось бежать. Это просто какое-то чудо!
– Да, – смущенно улыбнулся Ионатан. – Это и есть чудо.
Многие, многие сельские жители покидали родные места и тянулись в город. Но потом приходили к мысли, что покидать деревню было все-таки глупо. Они тосковали о цветущих летних лужайках, о деревенских улицах, где все знали друг друга, о более человечном устройстве общества.
Так было и с Уле Йоргеном, мужем Мари. Его отец умер, и ему по наследству досталась усадьба в Гудбрандсдалене.
Они с Мари решили уехать туда. И в 1944 году они переселились из Аскера в свою усадьбу. Мари это вовсе не испугало. Во время войны, чтобы сэкономить средства, в Липовой аллее держали кое-каких домашних животных, и она часто ходила туда помогать по хозяйству. Так что перспектива стать женой фермера ее не пугала."
"И вот, с тремя детьми и с четвертым на подходе, они покинули родовое гнездо Людей Льда.
Мари и Уле Йорген охотно приглашали его приехать.
Со временем Мари обзавелась пятью детьми, но поскольку четверо младших не имели особого отношения к роду Людей Льда, они останутся для нас безымянными.
После возвращения Ионатана из Германии его судьба складывалась нормально.
