Автор
Ночной мрак распространялся по городу, лишь местами пробивались слабые желтые огоньки окон домов. Тихий пригород раздавался только шорох шагов и глухой стук затертых ботинок у двери докторского дома. Глаза полусонного врача сузились, когда он неуклюже открыл дверь и замер на пороге перед обезумевшим в страхе бродягой, который пытался упасть прямо ему на плечи....
Ведь формально она выполняла совершенно невинное поручение.
Она была на грани отчаяния, отыскивая нужный дом. Что, если она придет слишком поздно и не сможет выполнить задание? И когда, наконец, она нашла тот самый дом, ей пришлось некоторое время постоять у ворот, чтобы отдышаться."
"Ей открыл сам хозяин дома. Она тут же изложила ему цель своего прихода.
– Ах, да, – равнодушно произнес он. – Моя жена говорила о чем-то таком… Пожалуйста, сюда!
В прихожей она увидела большую фотографию Гитлера и чуть поменьше – Квислинга.
Хозяин шел по лестнице впереди нее. Он не считал нужным разговаривать с такой девчонкой, но у Карине сложилось впечатление, что он не слишком-то интересуется своей женой. Об этом свидетельствовало то равнодушие, которое прозвучало в его голосе, когда он сообщил своей жене:
– Вот та самая «дама», которая пришла показать тебе образцы косметики.
Казалось, он мысленно прибавлял при этом: «Зачем тебе эта косметика?»
Он стоял в дверях, когда Карине поклонилась хозяйке, у которой было усталое, но симпатичное лицо.
– Входи, мой дружок, – приветливо произнесла она. – Покажи мне, что ты принесла! Ты можешь разложить все это на моей тумбочке. Она подкатила свою коляску поближе к кровати.
Карине принялась не спеша выкладывать кремы и помады. Она старалась особенно не нагибаться, чтобы не помять конверт с фотографиями, лежащий в кармане ее брюк. Она знала, что ей нужно сказать, и напустила на себя глуповатый и наивный вид, разыгрывая не слишком сообразительную курьершу.
Хозяин дома по-прежнему стоял в дверях, словно у него была привычка наблюдать за своей женой.
Карине уже начинала нервничать, товар кончался.
Хозяйка подолгу рассматривала каждую вещь.
– О, мне очень нравится эта губная помада! Жаль только, что это не мой цвет!
Карине ответила на это своим новым, самодовольным голосом:
– К таким светлым волосам, как у вас, как раз подойдет этот розовый цвет.
Карине украдкой посмотрела в лицо несчастной женщины. Да, она видела по ее глазам, что она несчастна.
Мужчина презрительно фыркнул, считая Карине бесхитростной простушкой. И это было ей на руку.
Время шло. Хозяин стоял в дверях.
Тут, к большому облегчению обеих женщин, в дверь кто-то позвонил.
– Пойду открою, – сказал он и спустился по лестнице.
Они услышали его шаги внизу.
