Автор
Ночной мрак распространялся по городу, лишь местами пробивались слабые желтые огоньки окон домов. Тихий пригород раздавался только шорох шагов и глухой стук затертых ботинок у двери докторского дома. Глаза полусонного врача сузились, когда он неуклюже открыл дверь и замер на пороге перед обезумевшим в страхе бродягой, который пытался упасть прямо ему на плечи....
А ему так хотелось знать, что ждет Людей Льда. Да и все человечество. Ведь Тенгель Злой представлял собой угрозу не только для Людей Льда, но и для всех остальных людей.
Криста и Абель держали друг друга за руки, лежа в своей широкой постели.
Когда Криста пришла в дом в качестве второй жены, она пожелала ради мальчиков оставить все на своих прежних местах, за исключением одного: Абель должен был приобрести новую супружескую кровать. Она отказывалась ложиться в ту постель, где он и его первая жена любили друг друга, где родились все его дети и где она умерла.
И Абель, будучи человеком добрым, исполнил ее просьбу.
– Я так сожалею о том, что принесла в твой дом столько несчастий, Абель, – сказала Криста. – Бедные девочки… Мне не хотелось огорчать тебя.
– Моя дорогая жена, – сказал Абель, как всегда выражаясь на библейский манер. – Я преисполнен скорби о судьбе девочек! И я скорблю о том, что мой сын натворил с Мари! Нет, ты не должна себя упрекать ни в чем, ты была для меня хорошей женой – и хорошей матерью для моих детей, хотя ты и пришла в мой дом такой юной.
– Спасибо, Абель, – сказала Криста, положив голову рядом с его головой. Она всегда чувствовала себя в безопасности рядом с ним. Иногда она сама думала, что видит в Абеле отца. Ведь Франк никогда не был опорой для нее, наоборот! И к тому же он не был ее родным отцом. Много раз ей бывало трудно справляться со своими обязанностями в доме Абеля. Но она никогда не жаловалась.
– Абель… – осторожно произнесла она.
– Да, дорогое дитя.
– «О, не называй меня ребенком, ведь я же твоя жена!», – подумала она, но продолжала также осторожно: – Ведь ты раскаиваешься, не правда ли? В том, что так жестоко поступил с Иосифом.
Он ничего не ответил, но она почувствовала, как тело его напряглось."
"– Я беспокоюсь за него, – сказала Криста. – Я постоянно думаю о нем.
– Я тоже, – признался он. – Он заслужил порки, но в остальном ты права. Я часто сожалею о том, что выгнал его.
– Не могли бы мы послать ему весточку с Якобом? О том, что мы ждем Иосифа домой и что старая ссора забыта.
– Мы не можем этого сделать!
– Ты думаешь, он не понимает, что заслужил наказание?
– Но я же ударил его! Моего взрослого сына!
– Это тоже можно понять. Попытайся, Абель, протянуть ему руку примирения, а он уж сам решит, что ему делать.
– Да, – с облегчением произнес Абель, словно камень свалился с его плеч. – Я попытаюсь. Я позвоню Якобу и попрошу его быть посредником между нами.
«Только бы Иосиф согласился, – подумала Криста.
