Скрытые в темноте — это головокружительный психологический триллер, где каждая страница пронизана тайнами и загадками. Время, люди и их мысли окутаны плотным шарфом неопределенности, делая чтение этой книги настоящим приключением в мире мрачных душ и затаенных секретов....
Из тех, на кого непременно обращают внимание, если она заходит в комнату. Темные волосы и переменчивого цвета глаза, которые при одном освещении фиолетовые, а при другом – почти бирюзовые. На каблуках Алекс выше меня, и, если вам интересно, я этим совсем не заморочен. Она подносит руки к лицу, разглаживает морщинки у глаз, поворачивает голову то в одну, то в другую сторону, в какой-то момент, видимо, замечает меня в зеркале – и резко оборачивается. Щеки ее порозовели.
– Адам? Ты меня до чертиков напугал… Чего сидишь тут в темноте?
Я беру бокал и допиваю остатки мерло.
– Просто размышляю.
Алекс усаживается на подлокотник дивана напротив.
– Тяжелый день?
Я киваю.
– Работаю над делом на Фрэмптон-роуд.
– Видела в новостях… Все так ужасно, как рассказывают?
– Хуже. Днем мы нашли в доме тело. Предполагаем, что это Ханна Гардинер, но прессе пока не сообщали.
– А ее мужу?
– Нет. Личность еще не подтверждена, и я не стану лишний раз напоминать ему о трагедии, если не буду полностью уверен.
– Что с девушкой из подвала?
– Пребывает в шоке, по словам Эверетт. Не говорит. Похоже, не помнит, как ее зовут и что у нее есть ребенок. Заорала, как только увидела его.
Алекс молчит и опускает взгляд. Я знаю, о чем она думает, прекрасно знаю. Разве можно забыть о своем ребенке? Разве можно, потеряв малыша, не хотеть завести еще одного? Интересно, поднимет ли она снова этот вопрос? Ответом являются ее боль, ее потребность и ее мысли."
"– А у тебя как вечер прошел? – спрашиваю я после ее невысказанных слов.
– Хорошо. Под конец остались только я и Эмма.
– Кажется, я такую не знаю.
– Я и сама ее сто лет не видела. Работает в городском совете, занимается устройством детей в новые семьи… – Алекс не смотрит мне в глаза.
– Усыновление, опекунство и все такое?
– Ага, – отвечает она, глядя в сторону.
Я делаю глубокий вдох.
– Алекс, никакой встречи однокурсников не было? Только ты и эта Эмма?
Она дергает ручку сумки.
– Слушай, я просто хотела расспросить ее, узнать, что для этого нужно.
– Несмотря на мое мнение. Несмотря на то, что мы договорились…
Алекс поднимает голову, ее глаза полны слез.
– Мы не договаривались. Это ты договорился. Я знаю, как ты ко всему относишься, но как насчет моего отношения к ситуации? С Джейком меня и не волновало, что других детей у нас нет, но когда мы его потеряли… – Она с трудом унимает дрожь в голосе. – Когда мы его потеряли, это было просто невыносимо. Вместе с ним умерла часть меня.
