– Я понимаю, что ты заботишься о Марке, и я не собираюсь мешать вашей дружбе. Мне даже нравится, что вы настолько доверяете и защищаете друг друга. Но позволь ему самому заниматься своей личной жизнью. А я могу сказать лишь одно, – замираю на несколько секунд, осознавая, что сейчас признаюсь в своих чувствах постороннему человеку. – Я не сделаю Марку больно, не предам его доверие и буду защищать его так же, как и ты. А может даже сильнее.
Произнеся эти слова, которые тяжело мне дались, я откинулась на спинку стула, тяжело вздохнув. Никольский продолжал удивленно смотреть на меня, словно не веря моим словам. Но потом он снял свои очки вновь, потирая уже привычным для меня движением переносицу, и мягко ответил:"
"– Вот поэтому и не похожая. А теперь давай поедим, – посмотрел он в сторону официанта, который принес его ужин в двух порциях. Ужин как оказалось он заказал и для меня, пока я отмалчивалась, листая бездумно меню. – И не думай отказываться. Я угощаю девушку своего лучшего друга.
– Неужели одобрил? – удивленно взираю на мужчину, когда тот приступает к первому блюду.
– Не совсем, – честно отвечает он. – Я буду наблюдать за тобой и дальше. И только дай мне повод, – вот и угроза, которая витала в воздухе напряжением с самого начала нашего разговора.
– Хорошо, – сухо соглашаюсь с ним. – Но и я буду наблюдать за тобой. За тем, как ты защищаешь своего друга. И дай мне повод в этом усомниться…
Виктор смотрит на меня так, словно я только что объявила ему войну. Возможно, так и есть и он понял мои слова. Что же, посмотрим, к чему приведет это противостояние. И я принимаюсь за еду, но за весь вечер не понимаю, какой на вкус она была.
После незапланированного ужина, в течение которого мы больше не обсуждали мои отношения с Марком, Виктор настоял на том, чтобы отвезти меня до квартиры. При чем он точно знал, что я живу теперь по новому адресу. Уточнять, откуда он владеет всей информацией я не стала, понимая, что Никольский осведомлен о каждом шаге своего друга, значит знает и обо мне чуть больше, чем хотелось бы. Попрощавшись, я покинула салон автомобиля, и поторопилась к подъезду, наблюдая через плечо, как машина Виктора некоторое время продолжала оставаться во дворе, и только после того, как я зашла за металлические двери, она медленно покинула территорию.
Поднявшись в квартиру, меня встретила только безмолвная тишина, от которой стало немного не по себе. Все же Ника ушла, догадалась я, найдя записку от нее на кухонном столе.
«Привет! Я отправилась решать свои проблемы. Думаю, не стоит ждать моего возвращения.» – прочитала я на клочке бумаги и мысленно улыбнулась, пожелав девушке удачи с Майером. Но поставила для себя цель созвониться завтра днем с Вероникой и убедиться, что она жива и здорова.