В комнате стоял рваный зеркало ночного бального платья Леры. Волосы в беспорядке как у птицы на крючке, а Ира смотрела без словно угрюмым монстром. Ночью это видение превратилось в реальность. Описывает шокирующее состояние главной героини и непростую персонификацию её чувств за время самоизоляции, создавая атмосферу глубокого внутреннего конфликта и отчаянной борьбы за самоутверждение....
Но Марк предпочел игнорировать всех, уводя меня за руку из гостиницы. Получив нашу верхнюю одежду, мы вышли на улицу, где у входа нас дожидался автомобиль. Нам открыли дверь, помогая сесть. Как только Марк закрыл за собой дверь, Владимир тронулся, спешно покидая территорию. Следом не отставала вторая машина, сопровождавшая нас.
За все время пути Марк не проронил ни слова, отвернувшись от меня в противоположное окно. Я боялась отвлечь его и поэтому сохраняла негласно установленное молчание. Водитель быстро доставил нас до дома, поражая меня тем, что путь преодолели в два раза быстрее, чем до этого, когда только собирались на благотворительный ужин.
В сопровождение двух охранников, облаченных в темные брюки и строгого пошива куртки, мы добрались до квартиры. Охрана проследовала в свою служебную комнату, оставляя нас с Марком одних в полутемном коридоре.
Марк стянул с себя плащ, направляясь в сторону спальни.
– Поторопись, – бросил он вслед, когда я отстала от его быстро удаляющейся фигуры.
Мне пришлось почти бегом преодолеть несколько метров до спальни, дверь в которую была открыта. Как только я вошла, Марк с хлопком закрыл ее, поворачивая замок.
– Не хочу, чтобы нас потревожили, – хитро произнес он, одновременно освобождаясь от пиджака и ослабляя узел галстука.
Я же медленно развязала пояс и принялась расстегивать несколько пуговиц, наблюдая за тем, как Марк не сводит с меня темных глаз.
– Лидия Андреевна точно не расстроится из-за того, что мы сбежали? – спросила я, освобождаясь от плаща.
– Нет, – быстро ответил мужчина, следя, как я убираю верхнюю одежду. – Парни прикроют нас. Да и она не обидчивая, тем более знакомы мы очень давно.
– Я заметила это, – тихо проговорила я, теперь уже наблюдая, как Марк освобождается от галстука. – И как давно ты знаком с мэром и его женой?
– Очень давно.
– Конечно, – улыбнулась я, дотронувшись рукой до одной из тонких бретелей.
Марк устремил на меня взгляд, полный ожидания. У меня перехватило дыхание от предвкушения, и дрожащей рукой я освободила свои плечи от кусочков ткани. Платье скользнуло вниз, обнажая грудь, соски которой затвердели от ощущения внезапной прохлады.
