В комнате стоял рваный зеркало ночного бального платья Леры. Волосы в беспорядке как у птицы на крючке, а Ира смотрела без словно угрюмым монстром. Ночью это видение превратилось в реальность. Описывает шокирующее состояние главной героини и непростую персонификацию её чувств за время самоизоляции, создавая атмосферу глубокого внутреннего конфликта и отчаянной борьбы за самоутверждение....
Точнее то, что мне досталось от мамы.
Однажды, когда она была очень зла на отца, который вопреки ее пожеланиям, засадил двор ненавистными ей пионами, мама гоняла его по двору, размахивая полотенцем так, словно это был боевой меч. Не уверена, буду ли я гонять Марка по квартире, опасаясь, что меня могут скрутить парочка амбалов. Но то что выскажу ему все, о чем думаю – это точно.
Глава 31.
Утром моей уверенности стало чуточку меньше, но сохраняя не проницаемое лицо со следами прошлых беспокойных дней, я устало направилась на работу.
Когда я вошла в офис, в кабинет, где собрались все сотрудники, на меня посмотрели несколько испуганных пар глаз. Первым заговорил Саша, выступая вперед.
– Лера, что ты здесь делаешь? – его голос был тихим.
– Что-то случилось? – напряглась я, приближаясь к коллегам.
– Мы думали, ты уже знаешь, – вдруг проронила Женя. – Я им рассказала про вас с Марком, – добавила быстро она, и по моему телу пробежала дрожь.
Но на меня смотрели ни удивленно, ни завистливо или осуждающе.
– Что случилось? – твердо спросила я, впиваясь взглядом в Сашу, стоящего ближе всех ко мне.
Он обернулся назад, словно ища поддержки у коллег, но когда понял, что никто не захочет говорить, сделал еще шаг вперед, протягивая мне свой планшет с раскрытой новостной страницей в браузере.
– Об этом сообщили примерно полчаса назад, – добавил он, когда я замерла, рассматривая фотографию искореженного автомобиля, стоящего на обочине дороги.
Черная машина, с изорванным кузовом, выдранными с петель дверями, покрытая грязью, стояла возле высоких деревьев, очерчивающих лесную границу с загородной дорогой.
Я посмотрела вверх статьи, где сквозь выступающие слезы смогла разобрать ужасающую подпись: «Жуткая Авария: Марк Громов разбился на трассе.»
Я не верила и торопливо открывала новую вкладку. «Критическое состояние! Выживет ли Марк Громов после серьезной аварии на трассе?».
– Нет, не может быть, – затараторила я, просматривая одну за другой фотографией, но нигде кроме толпы незнакомцев и искореженного автомобиля не могла найти знакомого лица.
– Он в больнице, – заговорил Саша, приблизившись ко мне вплотную.
Он потянулся за планшетом, вынимая его из моих дрожащих рук.
– В какой? – шепотом спросила я, чувствуя, как силы покидают тело.
