Проигнорировал указания всадника, встал на дыбы и встретил противника встречным ударом копыта.
Сергей успел соскользнуть с его крупа за миг до того, как сломалось воткнувшееся в конскую шею копье.
Степняк же не только усидел в седле, но и успел выхватить саблю и рубануть Сергея.
Парировать древком лука Сергей счел кощунством. Нырнул под удар, подставив кольчужную спину (скрежетнуло знатно, но и только), а правой рукой воткнул стрелу снизу в конский бок. Хотел в ногу всадника, но не попал.
Конь печенега отреагировал ожидаемо. Подпрыгнул, шарахнулся, смазав следующий удар. Третьего не вышло. Налетевший сзади Гачей махнул саблей, голова в блестящем стальном шлеме спрыгнула с плеч, покатилась по земле. Гачей, свесившись с седла, подхватил ее за косу и радостно заорал, раскручивая над головой.
Сергей стер со щеки брызги крови, вытер ладонь о траву и подошел к коню, вставшему над выпавшим из седла обезглавленным трупом.
Конь прянул вперед, попытался цапнуть, но Сергей успел перехватить повод, рванул резко, не дав жеребцу развернуться и приложить задними ногами, зашептал мягко, уговаривая…
Через пару минут жеребец успокоился, позволил себя погладить. Но не с той стороны, где торчала стрела и кровь коня смешалась с кровью хозяина.
Рана, впрочем, была пустяковая. Стрела вошла едва на полнаконечника.
– А я подумал, они струсили, а они – настоящие храбрецы! – воскликнул Месигей.
Подханок был счастлив. Он одержал блестящую победу над превосходящим противником и уничтожил всех врагов, кроме тех, кого удалось пленить. Что вообще замечательно. Будет с кем повеселиться. Вернее, кем.
Единственное, о чем жалел подханок: не он убил вождя, чья голова сейчас болталась у седла Месигея. Но говорить об этом папе-хану Месигей не стал. Голова была у него, а то, что это Гачей срубил вражеского лидера, а потом, по настоятельной просьбе Сергея, передал трофей подханку, никого не интересовало.
Папа-хан слушал хвастовство вполне одобрительно. В отличие от братьев Месигея. Но сегодня не их праздник.
– Значит, тебя послал Халег-хакан? – прервал самовосхваление сына большой хан Гацы.
– Да, – подтвердил Сергей. – Но это было до того, как воротолмат напали на нас.
Гацы мотнул головой. Воротолмат ему были куда менее интересны, чем стоявшее поблизости войско русов.
– Что нужно твоему хакану?
– Узнать: ради дружбы вы здесь или ради битвы?
Большой хан – типичный хан. Хитрый, жестокий, алчный, недоверчивый. Другие ханами не становятся. Это и Месигея касается.
