Автор
В зале скрежет досок, когда нефритовый ювелир отчаянно рубит камень. Это последняя попытка выковать бесценное сокровище — но его любовь уже стала гнетущей тяжестью. Любовь к некогда идеальному ангелу оказалась слишком слабой, чтобы пережить все испытания и надежды. Тени прошлого медленно растекаются по настоящему миру, очерчивая путь излечения и новых возможностей....
Особенно сейчас, когда прошлое бурлило во мне и срывало крышку с тазика терпения.
— Снова ревнуешь? Как приятно. Вот можешь же нормально отблагодарить мужчину, когда захочешь!
И снова это непроницаемая стена спокойствия. Неужели нет предела?!
— Демьян Иванович, я посмотрела ваши рекламные проспекты. Сразу сознаюсь, ход вашей мысли не очень поняла.
Он не отвечал, а оглядывал кабинет в поисках чего-то, опасно вращая и наклоняя поднос. Ещё пару секунд таких мотыляний и тарелка соскользнет на пол.
— Господи, да поставь поднос уже куда-нибудь! — нервно воскликнула, готовая встать и просто выхватить поднос из неумелых рук.
— Да я вот и думаю куда?! У тебя все горизонтальные поверхности завалены чем-то. Сразу видно, что сексом в кабинете, а именно на столе, давно не пахнет.
Нахал гадкий! Стукнуть его что ли?! Где моя любимая книга с рецептами всего мира?!
— Поставь на журнальный столик у окна, несчастный рукожоп. Обеднеешь, не вздумай идти в официанты. Вылетишь через пятнадцать минут.
Мужчина прошёл к столу и аккуратно поставил поднос, будто реликвию.
— Я решил, что вся твоя несговорчивость от голода. Надо тебя просто хорошенько накормить.
Самая святость!
— Бестужев, а где нимб-то? По дороге слетел или в кармане прячешь?
— Нет, в ремонт отдал, никак не вернут.
Слов нет, одни междометия.
Мужские глаза прошлись по столу, затем по мне, останавливаясь на лице. Х-мен явно что-то обдумывал, скрывая свои мотивы за наигранно бесцельным взглядом.
— Работаешь?
— Нет. Пасьянс раскладываю.
— А потом?
— А потом ты, прости, но быстро сваливаешь из моего кабинета, моего ресторана и моей жизни тоже. С собой в качестве утешительного приза можешь прихватить Викторию. Буду благодарна.
Вот! Мои офигевшие барабашки аплодировали стоя!
— Меня не устраивает твой пасьянс! — весело ухмыльнувшись, прокомментировал Демьян, опираясь на край моего стола, уже тише продолжил.
— Конечно! Дверь там, до свидания!
Всё! Я поставила большую точку. Жирную такую. Красную. И для себя, и для него!
Отвернулась от мужчины, концентрируясь на содержимом электронного письма, что читала до его прихода. Получалось, конечно, не очень! Особенно если учесть, что Бестужев стоял от меня меньше, чем в метре, и сверлил взглядом. Тем самым рентген- проникающим до самых скрытых слоев.
