В холле аромат дурманящего кофе смешивался с запахом свежевыжатой лимонной воды. Я взяла себя в руки, как и мою вязаную шапочку над головой — только вместо чашки у меня была длинная платье-плащ, скрывающий красное огонь платье под цвета рыжих волос.
Ведь выяснилось, что я совсем не фригидная, как все время вбивал мне в голову Марэль. Я не фригидная!
— Ты горячая, сладенькая моя, так, что можно обжечься, — сказал мне Курт, внезапно обняв меня сзади. Я так была увлечена сервировкой стола, что не заметила, как он проснулся.
Мужчина сгреб меня в охапку и немного помял.
— Мягкая… что сегодня на завтрак? Может, сначала ты?
— Нет уж, — рассмеялась я, — У тебя много дел. Эта гипергрибница не единственная. Тебе нужно обсудить с бойцами маршруты по опасным точкам, забыл?
— Маршруты… маршруты… член некогда пристроить, — недовольно проворчал Курт, отпуская меня.
Он с охотой сел за стол, вдохнув аромат яичницы-глазуньи со специями, помидорами, зеленью и сыром.
— Пахнет, как добротный наркотик, — засмеялся он, начав наворачивать с тарелки, — Мигель, походу, останется без работы.
— Это вряд ли, — рассмеялась я, удивившись, сколько беспечности во мне этим утром, — Осталось ещё тридцать два вечно голодных мужчин, которые не дадут ему прохлаждаться.
— Ну, когда девушки сделают выбор, работы ему точно поубавится.
Сердце ёкнуло.
Три месяца… мы должны уйти через три месяца. Впервые мне захотелось остаться. А что, если не все так плохо? Что, если у нас с Куртом что-то получится, помимо контракта? Сладкие надежды разлились по груди: здесь не так много женщин, наше общение может сильно затянуться, и кто знает, что будет в будущем? В конце концов, люди не могут быть чужими друг другу, если живут под одной крышей столько времени.
— Не знаю… — рассеянно ответила я, — Дария тоже неплохо готовит, и Беатрис. А Аллель совсем не умеет.
— Ну, в этом я почему-то не сомневался, — усмехнулся Курт, ловко справляясь с завтраком.
Когда он доел, с умиротворением выслушав мои рассказы о блюдах, которые я больше всего люблю готовить, то подошёл и поцеловал меня в макушку:
— Очень вкусно, рыжуля. Только маленькая просьба.
— Какая?
— В следующий раз готовь двойную порцию.
Я нахмурилась, уперев руки в бока:
— А не слишком ли много ты ешь?
— Мышцы из воздуха не берутся, детка.
— Хорошо, — смягчилась я, — Курт, я хотела прибраться в твоём кабинете."
"— Ты когда-нибудь нажмёшь на тормоза, золушка? Скоро в моем доме дырку протрешь, — ответил он, — Нашем доме, — поправил он себя.
Тепло в груди превратилось в жар. Сердечко забилось чаще. Наверняка, я покраснела.
— У тебя очень пыльные шкафы.
— Так я их не особо открываю.
