В холле аромат дурманящего кофе смешивался с запахом свежевыжатой лимонной воды. Я взяла себя в руки, как и мою вязаную шапочку над головой — только вместо чашки у меня была длинная платье-плащ, скрывающий красное огонь платье под цвета рыжих волос.
Осознание того, что я скоро навсегда покину это место и никогда уже не увижу этого мужчину усыпляло мой стыд, я вытворяла вещи, которые удивляли даже Курта. Если честно, за это время стало даже непонятно, кто больше был инициатором нашей близости.
— Я начинал с того, что меня трахала настойчивая женщина, — смеялся Курт, — Видимо, и заканчивать буду тем же.
При этом он испытывал азарт, когда я получала оргазм. Утро, когда я кончила только раз, он называл «холостым», и старался достигнуть хотя бы двух.
— Это особый кайф, ты становишься еще слаще, детка, — говорил он, целуя меня в потную шею.
— Тебе пора, — выдохнула я сразу, как только кончила второй раз.
— Что, сразу выгоняешь меня? — спросил мужчина из-под моей юбки, все ещё лаская горячими губами мои складки.
— Угу, — рассмеялась я, отстраняясь и одергивая подол платья.
— А как же я?
— Обойдешься!
Курт засмеялся, встал, поймал в объятья мое тело, стащив с кухонного стола, на который посадил перед тем, как начать меня ласкать. Он развернул меня и вошёл сзади.
— Я быстро, и не заметишь, — сказал Курт, честно сдержав свое слово. Конечно, я заметила, его достоинство невозможно было не заметить, но он сделал все быстро, уложившись в десять минут. За это время я успела ещё раз испытать оргазм, который от него скрыла. Он и так ходил потом гордый, а я хотела, чтобы он сегодня немного погрустил.
Когда он ушел, настала оглушительная тишина. Давящая, одинокая тишина….
В этой тишине я убралась на кухне, в тишине переоделась, собрала все нужные для побега вещи. Давно приготовленное снаряжение и одежду. Припасы хранились у девочек в доме, здесь их было бы трудно скрыть.
Три месяца мы готовились. Я прощупывал почву, готовила алиби, чтобы Курт как можно позже догадался, что мы уехали вовсе не за сбором трав, грибов и ягод.
