В просторной кухне царил атмосферный хаос, где дневной свет смешивался со свечениями ночного телевизора. Бася колебалась, что делать — яичницу с сыром или омлет с ветчиной? Омлет у Вадима, сыр у Глебки, но все равно интересно, как же этот домашний бурнос наворотить?
Я не заслужила!
Всхлипнув почти искренне, она спрятала лицо у него на плече, застыла в ожидании ответного объятия.
— Инга, прости, я не могу сейчас… — с досадой отвел он от себя ее руки. — Прости! Давай потом поговорим? Вот я прилечу из Вены, и поговорим. Нам действительно надо поговорить… Не сейчас. Я спать пойду, ладно? Мне рано вставать…
Он развернулся, быстро вышел из гостиной, будто сбежал. Подняв руки к лицу, она осторожно коснулась ладонями лица — казалось, оно горело, как от пощечины.
* * *
Утро в их маленькой квартирке выдалось совсем бестолковым.
— Эх, девки, девки… Дуры вы малахольные, вот вы кто! То ругаются, то ревут, то хохочут… Беда с вами…
Варя, на ходу обернувшись к ней, проговорила весело:
— А по-моему, наоборот, тетечка, никакой беды с нами нет! Вон, даже вы улыбаться уже научились! Вы такая красивая, когда улыбаетесь!
Тетя Дуня, вытаращив от такого неожиданного комплимента глаза, только руками всплеснула.
— Да дома твоя Варя, дома! Еще и проснуться, чай, не успел, а уже названиваешь! Ладно, передам…
— Кто звонил, теть Дунь? — вытянулась в струнку в дверном проеме Варя.
— Да хахаль твой, молодой который… Говорит, внизу тебя дожидается.
"Зажмурившись, Варя сжала кулачки, коротко взвизгнула и, неожиданно подбежав к старухе, звонко чмокнула ее в сухую пергаментную щеку. И тут же отскочила, резвой козочкой упрыгала в прихожую. Не успела тетя Дуня прийти в себя, как раздался хлопок закрывшейся за Варей двери.
— Ишь, Варька-то… — с улыбкой заявилась она к Басе на кухню, так и не выпустив из рук телефонной трубки.
