В просторной кухне царил атмосферный хаос, где дневной свет смешивался со свечениями ночного телевизора. Бася колебалась, что делать — яичницу с сыром или омлет с ветчиной? Омлет у Вадима, сыр у Глебки, но все равно интересно, как же этот домашний бурнос наворотить?
Все друг друга знают. И про горе твое мне уже рассказали. Я сначала уехать хотел, а потом подумал — нехорошо это будет, если уеду. И решил…
— Что ты решил?
— Ну, решил зайти и сказать… Вернее, предложить… Поехали со мной, Бася!
— Куда?
— Ко мне. Вместе будем жить. Начнем все сначала. Я один, ты одна… Я понимаю, что это несколько дико звучит, но для нас с тобой это сейчас, я думаю, правильное решение. Как через обрыв перепрыгнуть. Решайся, Бася! И Варя там ждет… Мы как с поезда сошли, она все твердит: пусть та тетя из поезда моей мамой будет… Я ее пока у соседей оставил, Варю-то.
— Погоди… Погоди, Павел. Что-то я ничего не понимаю. По-моему, я тебе не говорила, что я одна.
— А о таких вещах не говорят, о них догадываются. Вот и я догадался. Ведь ты одна?
— Да… Но… Но ты же… Ты же вообще обо мне ничего не знаешь!
— А ты расскажи. Вот возьми и расскажи мне все с самого начала. И не торопись. Время у нас есть, вся ночь впереди.
Он огляделся, шагнул в комнату и, прихватив по дороге стул, решительно поставил его перед Басей, оседлал по-хозяйски спинкой вперед. Сложив руки на перекладину и уперев в них подбородок, смело глянул ей в глаза, улыбнулся ободряюще:
— Ну, давай, рассказывай…"
"— …Вот, собственно, и вся моя история… Смешно, правда? Мачеха сделала свое дело, мачеха может уходить…
Павел поднял голову, медленно покрутил ею из стороны в сторону, слегка прогнулся назад. Потом проговорил грустно:
— Да уж… Нехорошая история, конечно.
— Тебе хорошо говорить…
— Да знаю, знаю. Чужую беду руками не разведешь, конечно. А только знаешь… Ты это… Ты возьми и забудь!
— Как это?
— А так! Все равно другого выхода нет. Возьми и забудь! Начни жизнь сначала! Помнишь, о чем мы в поезде с тобой говорили? Раз жизнь дадена, надо ее все равно как-то жить… Вот и давай ее жить вместе.
— Нет, все-таки странно все это. Очень странно. Тебе не кажется? Какой-то у нас разговор получается, как у двоих сумасшедших.
— Нет. Мы не сумасшедшие. Мы… мы просто… Как бы это сказать… Мы не сумасшедшие, мы спасающиеся. Нас жизнь на остров выбросила, и мы спастись должны, понимаешь? Вместе спастись. Как бы дико это ни звучало.
