В офисе царит напряженное состояние, каждый шорох будит вику. Она нежно подливает кофе боссу и его партнерше, словно готова к любому моменту взрыва. Сладость этого двойного контракта настолько сладка и опасна, что Вика не может не жить в постоянном напряжении.
– Зачем? – в прекрасных глазах мелькает возмущение, – я же просила не лезть в мою жизнь! Хочу есть зелень, буду её есть!
– Ну нет, малыш, – цокаю языком, – ты и твои горячие девочки вымотали меня с утра. И я безумно голоден. Составь мне компанию. Это всего лишь обед.
Она смотрит на меня, явно пытаясь выдумать хоть какой-то контраргумент, но в итоге сдается. Лишь недовольно пыхтит. Мы быстро приезжаем в центр. Паркую машину у ресторана и открываю девушке дверь. Она мнется и стесняется. Подталкиваю её к дверям.
– Добрый день, Артур Сергеевич, – улыбается управляющая, – вам как обычно?
– Да, Вера. И проследи, чтобы нас никто не беспокоил.
– Хорошо."
"Мы идем к моему любимому столику у окна. Вика постепенно превращается в тень. С опаской озирается. Молчит.
– Расслабься, малыш, – прижимаю её к себе и целую в макушку, вдыхая нежный аромат шампуня.
Это роза? Или лаванда?
– Ты потрясно пахнешь, – шепчу на сладкое ушко.
– Артур Сергеевич, на нас смотрят! – она упирается своими маленькими ладошками в мою грудь, пытаясь оттолкнуть.
Разворачиваюсь и вижу непроницаемую рожу официанта. Ладно, признаю, сорвался. Все-таки моё имя не последнее в шоу-бизнесе. Отпускаю девчонку, затем достаю пару крупных купюр и сую в фартук этому наблюдателю.
– Надеюсь, ты понимаешь, что ничего не видел сейчас? – тихо рычу на него.
– Конечно шеф. Меню?
Сам выбираю Вике нормальный обед и делаю заказ. Она опять пыхтит, надувает щечки. Милашка и прелесть. Заводит меня своим невинным видом. Но пока хищник внутри меня заснул.
– Ну так, Викуся, расскажи-ка мне одну вещь.
– Какую? – девочка наконец-то выглядит расслабленной, лишь удивленно поглядывает по сторонам.
– Кто так сильно тебя ранил, что ты закрыла сердечко на сотню замков?
Малышка бледнеет и сглатывает. Значит, я попал в точку.
– Какая вам разница? – голосок меняется, становится стальным.
Хищница проснулась. И она будет защищаться. Значит, я оказался прав.
– Открыла кому-то сердце, а он туда плюнул? – слегка надавливаю.
– Не надо, пожалуйста… – она обнимает себя руками, дрожит, – это не ваше дело!
– Хорошо, – почву я прощупал, так что можно пока успокоиться, – я не полезу к тебе в душу.
– Вы уже это сделали…
– Но ты не пускаешь.
– И не нужно.
– Как скажешь, малыш.
Тем временем нам приносят еду. Во мне просыпается новое желание. Защитить, обогреть, накормить эту девочку. Но её сердце покрыто стальными шипами. И пока она не готова впустить, по крайней мере меня.
