Славянский разлом. Украинско-польское иго в России — читать онлайн бесплатно полностью

Для украинско-польских выходцев, сплотившихся вокруг Романовых, это был не просто дипломатический акт, а поистине историческое, эпохальное событие. Ведь с помощью малороссийских перспектив планировалось окончательно объяснить всем и каждому внутри страны, почему они здесь хозяйничают. Если ранее государственная легитимация, включая Михаила Фёдоровича, опиралась на земские соборы, которые рассматривались естественным подспорьем власти, то теперь на смену этому институту приходит Малороссия.

Не случайно с момента её присоединения в 1654 году, пусть пока ещё формального, навсегда прекращается практика созыва земских соборов. В них уже нет надобности, поскольку романовская власть объявлялась продолжением подлинных начал, олицетворяемых Украиной, что перевешивает представительство земель, замутнённых татарскими примесями; центр тяжести государственности смещался. Поэтому обладание Украиной преследовало не столько экономические цели, как это традиционно считается, сколько крайне важные идеологические смыслы. С этого времени война с Польшей превращается по большому счёту в борьбу за Украину.

Но претворить в жизнь эти далеко идущие планы оказалось совсем не просто, несмотря на то, что в самой Малороссии противостояние с Польшей длилось уже шесть лет. Казачья верхушка лелеяла надежды стать третьим равноправным участником Люблинской унии — наряду с Польшей и Литвой. Однако многие в Речи Посполитой были не в восторге от признания казачества равным, тем не менее польский король Владислав ІѴ склонялся пойти навстречу: он рассчитывал превратить казачество в свою опору в противостоянии с магнатами.

Смерть короля в 1648 году перечеркнула планы, коими жила «украинская вольница». В ответ она стала угрожать пуститься в самостоятельное государственное плавание, начались вооружённые столкновения. Украинцы для усиления позиций решили «завязаться» с Москвой, к чему усиленно подталкивали восточные патриархи во главе с константинопольским. Греческая церковь имела здесь большой интерес, она активно реанимировала подзабытые наработки о «всея Руси», что давало возможность вновь претендовать на духовное руководительство (и не только) огромными территориями. Первым Богдана Хмельницкого на союз с восточным соседом подвинул Иерусалимский патриарх Паисий, следовавший в Москву за милостыней. Высокопоставленный грек разжёвывал гетману преимущества проекта «всея Руси». В результате в Москву направился украинский представитель С. Мужиловский, а с ответным визитом прибыл посланец царя Алексея Михайловича Г. Унковский.

Заключая Переяславский договор, украинская сторона пока ещё с большим скепсисом отнеслась к единению.