Роман о противоречивой эпохе 1990-х годов в России, когда одни обогащались, а другие теряли всё. Автор показывает трагедию обычных людей, столкнувшихся с развалом советской системы, разгулом преступности и социальной катастрофой. История о выживании и поиске смысла в эпоху перемен.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Славные парни по-русски. Нерассказанная история. Книга 1» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Роман о противоречивой эпохе 1990-х годов в России, когда одни обогащались, а другие теряли всё. Автор показывает трагедию обычных людей, столкнувшихся с развалом советской системы, разгулом преступности и социальной катастрофой. История о выживании и поиске смысла в эпоху перемен.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Сергей Юрьевич Буторин Серьезное чтение Биографии и мемуары подборки серии
Роман о противоречивой эпохе 1990-х годов в России, когда одни обогащались, а другие теряли всё. Автор показывает трагедию обычных людей, столкнувшихся с развалом советской системы, разгулом преступности и социальной катастрофой. История о выживании и поиске смысла в эпоху перемен.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Покушение это стало апогеем обострившегося конфликта между нами и «измайловскими».
Вор в законе Сергей Аксёнов (Аксён)
В самом начале 90-х годов мы с «измайловскими» были равными партнёрами по «Вернисажу» и наши партнёрские отношение подкреплялись дружбой.
Когда в 1991 году Аксён был арестован, а позже осуждён, «измайловскую» группировку возглавил Антон Малевский. Война с Герой и Сухим, начавшаяся с перестрелки в Бутово, ещё сильнее сплотила нас. Появилось больше общих интересов: мы стали дольщиками в ночном клубе «Арлекино», партнёрами Йоника Глоцера в клубе «Долле», ресторанах «Панда» и «Гамбринус», открыли казино в нашем ресторане «Радуга» и в гостиничном комплексе «Измайлово».
И вроде бы всё было неплохо, однако, во многом благодаря Бороде, в отношениях между нами наметилась трещина.
Что ж, от Бороды избавились – умертвили его – и на какое-то время снова сблизились с «измайловскими».
Весной 1994 года освободился Аксён, был ещё жив Сергей Иванович, и казалось, что мы едины. Но это продолжалось недолго. Понемногу, незаметно стало снова прорастать зерно отчуждения.
Некогда наши союзники в войне с «бауманскими», «измайловские» теперь предпочли занять нейтральную позицию в конфликте и, вступив с бывшими противниками в сепаратные переговоры, по сути, предали нас.
Через какое-то время после смерти Сергея Ивановича мы потеряли свою долю в «Вернисаже». Типа, уступили. С коммерческой точки зрения всё вроде бы было правильно, честно… Но осадочек-то остался.
Потом закрылось казино в «Радуге». Тут как будто тоже упрекнуть «измайловских» было не в чем, но…
Чем меньше бизнеса нас связывало, тем больше мы отдалялись друг от друга. А может наоборот. Чем дальше мы отдалялись, тем меньше совместного бизнеса имели.
Однако открытого конфликта между нами не было, и я не могу назвать какой-то конкретной причины, послужившей началом нашего противостояния с «измайловскими».
Ну разве что появившаяся в какой-то момент версия о причастности их к смерти Сергея Ивановича. Но это, скорее, было лишь предположение без улик и доказательств, вариант в числе многих других.
Возможно, я чего-то не знал, но, похоже, проблема всё-таки была в характере и амбициях Культика (мне не хочется употреблять слово «высокомерие»), желание «померяться яйцами» и доказать, кто круче. Именно его заносчивость побуждала «ореховских», «медведковских», «одинцовских» априори считать «измайловских» если и не врагами, то как минимум соперниками (а всё происходившее между нами было уже следствием этого настроя).
Лично я всегда относился к Сергею Аксёнову, Антону Малевскому, Павлухе, Сидору, Илье с симпатией и уважением, но тем не менее это ничуть не мешало мне видеть в них своих противников.
