Огромный снежный буран грохотал вокруг Алекса, пытаясь унести его под своими монолитными хлопьями. С каждым новым вдохом воздух становился тяжелее, словно он сам весил килограммы, но он не сдавался. Он понимал, что нужно подняться и быстрым шагом пробиться сквозь этот ад, чтобы добраться до места встречи....
– Однако этого господина я никогда не видел – понятия не имею, как он выглядит даже. Будь это Гаврюшин тогда в ее спальне, ему незачем было бы прятать лицо.
– Он мог опасаться, что когда-нибудь вы все же увидитесь – и узнаете его, – рассудил Кошкин.
Алекс кивнул. Но отчего-то того Гаврюшина всерьез все равно не воспринимал.
У него был другой кандидат на примете, куда более подходящий… только все в Алексе кричало, что он не желает, дабы этот «некто» оказался Виктором Алифановым… Виктора он считал другом.
Но иных подозреваемых не находилось.
– Я отыщу этого Гаврюшина и с ним потолкую, – подвел итог Кошкин. – И постараюсь фотокарточку добыть – возможно, по глазам узнаете. Кроме того, ежели он и правда тот, кого мы ищем – душитель – то он должен владеть черной закрытой коляской и парой гнедых лошадей. Это не может быть совпадением. Тем более что такую же вы видели возле дома Титовых.
– Полагаете, все это один человек? И Машу Титову он застрелил?
Кошкин дернул плечом:
– Насчет Маши не уверен. Безусловно, ее убили, потому что она видела или слышала, кто именно увез ее подругу. Но способ убийства совершенно иной. Более продуманный, что ли. Во-первых, револьвер, а не веревка; во-вторых, ее тело очень неплохо скрыли. Если бы не вы, боюсь, Машу вовсе никогда бы не нашли. А прочих девушек – будто напоказ нам оставляли… Нет, Алекс, убийство Маши – дело рук кого-то другого.
– Сообщник душителя? – предположил Алекс. – То фальшивое письмо из гимназии – в нем совершено иной почерк, нежели в записке. Более аккуратный. Женский, я бы сказал.
Помедлив, Кошкин согласился:
– Я займусь этим. А кроме того, напишу бывшим своим коллегам в Петербург да поинтересуюсь, не было ли у них схожих убийств за последние три года. Где-то же душитель должен был скрываться все это время! А вы, Алекс, покамест, лучше помогите Елизавете Львовне.
* * *
Проводив Кошкина (он не пожелал оставаться на ночь в дедовом особняке), Алекс вернулся к дому Кулагиных и в очередной раз обошел его кругом. Вроде все было тихо, и свет в окнах не горел.
Кто все же послал эту чертову коробку? В отчаянии Алекс уже и матушку на роль отправителя примерял! И даже Милли.
Положим, Милли и впрямь решила вернуться к нему… в таком случае, Лиза определенно стоит на ее пути.
