Автор
Встреча с первыми признаками весны в серых улицах Милы принесла холодный уют. След на весеннем снегу заставляет думать о переходе от мрака зимы к свету лета, затерянном между февралевскими морозами и марским теплом.
Хоть и не впервой она видела результаты учиненного в ее доме разгрома, но противно все равно было неимоверно. Возникало ощущение, что все, к чему прикасались чужие руки, изгажено и опошлено самим фактом проведенного обыска.
– Может, монеты из клада.
Господи, она уже совсем забыла, что несколько дней тому назад нашла клад. Не был он для нее важен и нужен.
– Да весь город знает, что клад в музее. Были у меня четыре монетки, так и те пропали в прошлый раз.
– А что-нибудь ценное у вас вообще есть?
Ноутбук, который оставила Миле мама, по-прежнему стоял в гостиной на столе, который Мила приспособила под рабочий.
Самое странное, что особое внимание взломщика почему-то привлекли лежанки Кактуса. Их Мила купила три, расставив у кровати в спальне, у дивана в гостиной и у окна в кухне. Накануне, собирая вещи, Игорь захватил ту, что находилась именно в кухне, и сейчас она оказалась единственной целой. Две остававшихся в доме были вспороты и вывернуты наружу, как будто в них могло быть спрятано что-то важное.
– Кабы знать, так надо было мне не под окнами троекуровского дома дежурить, а тут остаться, – мрачно заявил Игнат. – Глядишь, и поймал бы негодяя этого. Уже очевидно, что то, что он ищет, находится в доме, а это значит, что лично вам вряд ли что-то угрожает.
Мила вспомнила, как ее тащили за волосы по полу. Кожа головы тут же заныла, как будто воспоминание обладало физическим воздействием, как фантомная боль.
– Наверное, стоит все-таки обратиться в полицию, – сказала она уныло. – Если в мой дом влезли уже в третий раз, то так просто они не отстанут, пока не найдут то, что им нужно.
– А если его тут нет? – спросил Игнат.
Вопрос был разумен. Более того, уже после прошлого обыска теоретически злоумышленнику могло быть понятно, что в доме действительно не хранится то, что он ищет.
