Автор
Встреча с первыми признаками весны в серых улицах Милы принесла холодный уют. След на весеннем снегу заставляет думать о переходе от мрака зимы к свету лета, затерянном между февралевскими морозами и марским теплом.
Кто куда пошел, кто кому что сказал. Не знаю, как объяснить.
– Да что тут объяснять, – махнул рукой Савелий, – и так понятно. Вязкая топь маленького городка. Здесь еще летом ничего, когда солнца много и зелени, а зимой, когда темно и все снегом засыпано по самую макушечку, становится совсем невыносимо. Если бы местные жители знали понятие «экзистенциальная тоска», то они бы точно могли описать свое состояние, а так им остается только пить.
– Не все же пьют, – возразила Мила. – Но про тоску я согласна.
Ответить на ее слова Савелий не успел, потому что у него зазвонил телефон.
– Да, Олег Иванович, – сказал он, из чего Мила сделала вывод, что звонит Васин. – Что? Все-таки арестовали? Но улик же нет никаких. Соседи слышали? Олег Иванович, адвоката бы хорошего. Да нет, местный, боюсь, не справится. Да не в оплате дело, сами понимаете. Что? Аркадию Ветлицкому позвоните? А вы его знаете? Лично? Хорошо.
Он закончил разговор, подошел к Миле, взял ее за локти, потому что руки у нее были мокрые, она как раз домыла купленные помидоры.
– Сегодня с ужином опять не получится, – проговорил он чуть виновато. – Мне нужно идти. Прости, пожалуйста.
– Ничего страшного. Перенесем на завтра, тем более что у меня тут будет хорошая компания. Директор местного фанерного завода, который тоже собирается строить дом в Кузнечной слободе.
– Да? Это интересно, – скороговоркой сообщил Савелий, уже двигаясь в сторону прихожей. – Я обязательно приду завтра. А сегодня ты погуляй с Кактусом сама, только с охранником, хорошо? Обещаешь?
– Да, конечно. Савелий! – позвала она.
Он обернулся с порога, уже полностью одетый. На его осунувшемся лице читалось нетерпение и волнение.
