Страстное упоение задавать вопросы — вот каким было настроение Мазура перед вылетом в Сочи. Ясная погода лишь добавила ему неловкости: он тщательно следил за дорогой, не сводя глаз с тротуара. Атмосфера замкнутая и напряженная словно стальная цепь — все в здешней компании предпочитали молчание, оставляя без слов даже самую тривиальную из их беседы....
– Ну ты и чмо болотное, Козырь, из-за тебя теперь дедушки за стол и в полночь не сядут…
– Ребята, если вагой…"
"– Цыц! – рявкнул кто-то. – Еще вертолет вызовем… Ладно, так: все едут на точку, а Козырь остается стеречь казенное имущество. Сам виноват, домкрат в кузове возить надо… Не хнычь, Козырь, разбужу кого из скворцов, пошлю к тебе с домкратом… Па-а машинам, господа деды, водяра прокиснет!
Под обрадованные возгласы все кинулись по машинам, застучали сапоги. В кузов к Мазуру и Джен никто не сел.
«ГАЗ» дернулся, взял влево, объезжая пострадавший грузовик, у которого все еще матерился в голос бедняга Козырь. Заорал вслед:
– Вадька, пошли скворца, не забу-удь!
Мазур проделал ножом дыру в брезенте и стал смотреть вперед. Довольно долго тянулся однообразный пейзаж – стена елей, по которым скользили лучи фар, дорога почти не петляла, шла, как по ниточке.
Машину подбрасывало. Встав на корточки и пытаясь рассмотреть в темноте лицо девушки, Мазур сказал:
– Все, никакой погони уже не будет…
– А за шпионаж нас не посадят?
– Ты что?
– Ты же сам сказал: военная база… – в ее голосе сквозила явная настороженность.
– А… – тихо отозвался Мазур. – Это ты фильмов насмотрелась насчет бедных американцев, которых за шпионаж гонят в Сибирь… Во-первых, мы и так в Сибири, а во-вторых – у нас в понятие «военная база» иногда вкладывается совсем не тот смысл, что у вас, сама убедишься… – он не боялся, что в кабине услышат тихий разговор, мотор ревел во всю ивановскую.
Встал и проделал справа и слева еще по отверстию, чтобы иметь полный обзор. Минут двадцать по обе стороны была только надоевшая до чертиков тайга, потом слева открылся широкий пустырь, и на нем при тускловатом свете давно пошедшей на ущерб луны чернел некий апокалипсический курган из огромных серых глыб. Мазур даже заморгал от неожиданности. Вокруг громоздились какие-то коробчатые конструкции, косо ушедшие в землю.
Он понял, в чем тут дело, увидев оставшийся нетронутым «грибок», кубик с бетонной крышей. А это, конечно же, пулеметная башня – кирпичный полуовал, на котором громоздится стальной колпак, все сооружение похоже на крохотную копию одной из башен Псковского кремля и давненько уже заброшено…
Это была взорванная ракетная шахта, от которой остались одни руины да вентиляционные выходы, те самые «грибки».
