Страстное упоение задавать вопросы — вот каким было настроение Мазура перед вылетом в Сочи. Ясная погода лишь добавила ему неловкости: он тщательно следил за дорогой, не сводя глаз с тротуара. Атмосфера замкнутая и напряженная словно стальная цепь — все в здешней компании предпочитали молчание, оставляя без слов даже самую тривиальную из их беседы....
Есть претензии?
– Какие там претензии – законная самооборона плюс особое состояние души от психологического шока… Ничего необычного я тут не вижу. Любой мужик бы… – Он поднял голову и остро глянул Мазуру в глаза. – Я необычное в другом усматриваю. Свидетелей нет, ни единого.
– А что, на такие дела идут, сопровождаемые дюжиной свидетелей? – жестко бросил Мазур.
– Вы не поняли. Я о проводнице говорю. Исчезла проводница после прибытия поезда в град Шантарск. Случайно, не у вас в гостях обретается?
– Вот не знаю, – сказал Мазур.
– Понятно, – протянул Бортко. – А тут еще бригадир поезда загадок добавляет. Опрошенный по горячим следам, показал, что вы, когда пришли к нему, показали милицейское удостоверение…
– Ну, это он напутал, – сказал Мазур. – Я ему показывал свое офицерское удостоверение, вот это самое. Не разобрался сгоряча, надо полагать.
– Надо полагать, – повторил Бортко.
– Ну, это ваши заморочки, – сказал Мазур. – Я вам рассказал, как было. Если у вас есть другая информация…
– Господи, откуда? – развел руками Бортко. – Ошибся человек, бывает. Ну с чего бы вдруг вам милицейским удостоверением размахивать, когда у вас есть свое, авторитетнее? Да и где вы милицейское взяли бы? И зачем? Вы же не гангстер, в самом-то деле, и интересы ваши, как мне намекнули, направлены на зарубеж… Вы уж простите за нескромный вопрос, но в вашей семейной жизни не было ли трений или иных скандалов на разнообразной почве? Мало ли что бывает…
– Куда вы клоните? – спросил Мазур прямо.
– Изучаю проблему, как оперу и положено, – сказал Бортко. – Был у меня, знаете ли, печальный случай.
– Слушайте… – повысил голос Мазур.
