Страстное упоение задавать вопросы — вот каким было настроение Мазура перед вылетом в Сочи. Ясная погода лишь добавила ему неловкости: он тщательно следил за дорогой, не сводя глаз с тротуара. Атмосфера замкнутая и напряженная словно стальная цепь — все в здешней компании предпочитали молчание, оставляя без слов даже самую тривиальную из их беседы....
Вскоре они подъехали к высоким зеленым воротам военного городка, привольно угнездившегося чуть ли не в центре Шантарска. Мазур здесь бывал лишь единожды, но, когда их после недолгой проверки документов пропустили, по сторонам глазеть не стал – все было насквозь привычно и знакомо.
Попетляв меж складов, они оказались у высокой бетонной стены с такими же зелеными воротами, на которых, как во множестве других военных городков, еще сохранились по старой памяти красные звезды. Здесь проверка была посерьезнее – хмурые автоматчики, заметно превосходившие по возрасту солдат-срочников, заставили выйти из машины, и Кацуба предъявил им сразу два пропуска, в двух экземплярах каждый – на себя и на Мазура.
За воротами он точно так же не узрел ничего интересного – те же склады и казармы, разве что в окруженном стеной «городке в городке» заметно чище, чем снаружи.
Самая обычная на вид казарма. Еще одна проверка документов – каковую на сей раз осуществили двое прапорщиков с автоматами «Кипарис».
"На третьем, последнем этаже Кацуба остановился, свернул к правой двери и сноровисто набрал код. Распахнул, пропуская вперед Мазура.
Тихий коридор, два ряда дверей. Никакой приемной не было – Кацуба постучал и, дождавшись, когда над косяком вспыхнет зеленая лампочка, потянул дверь на себя.
О генерале Глаголеве Мазур был самую чуточку наслышан – точно, белокурая бестия. Повыше Мазура на голову, верзила с холодными голубыми глазами викинга. Помещать в одну комнатушку с гремучей змеей категорически не рекомендуется – змейку жалко… Примерно так его Мазуру рекомендовали.
