— Разумеется, Может, она стала ему мешать?
— Допустим. Тогда он ноги в руки и подался в бега.
У него это недолго.
— А второй ребёнок?
— А первый? — в тон ему спросил я. — О первом он не думал. Более того, ну, убил он жену и этим только бы связал себе руки. Мальчик-то на его шее…
— У родителей.
—Так ведь возраст у них какой? Ну, ещё пять-десять лет, а там скажут: сын твой, тебе и воспитывать.
— Кстати, где сейчас Залесский?
— В Одессе.
— Какие у вас личные впечатления?
— Я его сам ещё не допрашивал.
Иван Васильевич внимательно посмотрел на меня:
— Объясни. Это интересно.
— Я вызвал его в Крылатое, но он лежит в больнице…
Может, и хорошо…
— Хорошо, что лежит?
— Нет, что мы пока не встретились на допросе.
— Чем он болеет?"
"— Нервное потрясение… Понимаете, Иван Васильевич, он очень реальная фигура на роль убийцы.
— Понимаю, — кивнул бывший зампрокурора республики. И улыбнулся: — А я думал, боишься, что его папаша снова телегу накатает.
— Не этого я боюсь. А что папаша адвокат — принимаю во внимание. Сын далеко не глуп. И по-моему, искушён в юриспруденции. У него — алиби…
— Отлучиться из дома своего дружка среди ночи — пара пустяков.
— Но у меня нет никаких фактов!
— Допрос, если его с умом…
— Нет, Иван Васильевич. Я думал об этом. С Залесским надо разговаривать, имея очень веские и убедительные улики. А их нет! У меня такое ощущение, что, если я сейчас решусь на его допрос, он увидит это. Не хочу рисковать. Если хотите, не имею права.
— Так-так, — задумался Иван Васильевич. — А за что он мог её убить?
— Думаю…
— Ревность исключаешь?
— Совершенно исключено.
Он подумал. Кивнул:
— Я согласен. Не та птица… Но возможно, ещё что-нибудь? — неуверенно спросил он.
Я улыбнулся:
— Вот над этим «ещё что-нибудь» я и бился столько времени. И нет ничего. Более того, я глубоко убеждён, что Аня очень подходила ему. Не знаю, подходил ли он ей, а если любила, выходит, жаловала и могла позволить Валерию и дальше любые чудачества, за это я ручаюсь. С другой стороны, в Крылатом за ним измен не знают. Прикладывался — это да…
— Жульничал. С билетами.
— Как посмотреть. А может, его подчинённый, Ципов?
Наверняка сказать невозможно. И все равно она простила бы его в любом случае.
Иван Васильевич пожал плечами:
— Тебе должно знать лучше. Даром, что ли, столько времени ухлопал? И в душах русских женщин разбираешься, — он чуть усмехнулся. — Насколько я понимаю, есть ещё одна загадка. Кто этот самый «коробейник» и зачем он приезжал к супругам? Да, чтобы не забыть. Ты упомянул, что до возвращения блудного отца в лоно семьи он торчал некоторое время в Москве. Из-за какой-то или у какой-то женщины. Было?
— Эти сведения получила Ищенко в Одессе.
— Эту женщину нашли?
— Пока нет.