Автор
В ритме столичных кофейников и тихого ужина в пятницу вечером, вы погрустите в загадочную история о комнатах и выпивках. Здесь смешиваются случайные встречи и искушенный расследования, а домашняя температура становится ключевым фактором в решении сложных проблем.
И после того ее же обвиняете в нетактичности!
— Но позвольте! Неужели вы не понимаете моих чувств?!
— Чего тут не понять? В сущности, вы выставили жену из дому!
— Нет! Я ее не оскорбил, не ударил! А если что и сказал, так не могла она ждать, что я обрадуюсь! За что вы меня упрекаете? Да любой бы на моем месте! Если он порядочный человек!
— Хватит уже негодовать. Сотрите пену с губ. Не верю я в вашу беспредельную наивность! Не тот возраст.
— Но… о чем вы?
— О том, что в глубине души вы давно все знали.
— Как знал?! Ни минуты, ни секунды!! Действительно ошарашен.
— Знали, Николай Семенович. Конечно, знали. Таких вещей нельзя не знать. Другое дело, что ни в коем случае не желали осознавать, запрещали себе думать. Потому избегали ее разговоров о неладах с Кудряшовым, не любили точных денежных расчетов, принимали на веру удивительное умение Ирины Сергеевны вести xoзяйство и за гроши покупать дорогие вещи.
— Нет… нет… вы ошибаетесь…
— Не ошибаюсь.
— У меня…
— Вот видите, жена при вас снимала серьги и кольца, а вы промолчали о том, что в кармане лежит, благо вас не обыскивали.
— Но… это же моя личная вещь.
— У Ирины Сергеевны был еще браслет в виде змеи. Он где?
— Браслет Ира продала — мы копили на машину.
Ах, тебе еще машину хотелось! Ну, естественно, настоящий мужчина имеет машину.
— Кому продан браслет?
— Не знаю… Опять вы мне не верите! И, вообще, вы такого про меня наговорили!.. — он в отчаянии стиснул руки.
— Давайте разберемся, — Знаменский достал один из томов дела, раскрыл. — Здесь список ценностей, сданных вашей женой, и опись домашнего имущества.
— Да, я вижу.
— Проанализируем эти документы с одной точки зрения: сколько сюда попало мужских и сколько женских предметов. И какова сравнительная стоимость. Прочтите.
Маслов читал.
— Замечаете закономерность? У нее — не ахти какие сережки, у вас, по характеристике Кудряшова, — очень ценный портсигар. У вас две шубы — у нее одна. И так во всем.
— Ей нравилось делать подарки. Я же не просил.
