В мрачном архипелаге святого Ливида ночью царит полный безумия хаос. Тенью пронизаны серые воды океана, затянутые тучами черной пеленой, и деревья стоят неподвижно в резких тенях, словно гигантские чудовища из книги ужасов.
Ида отыскала взглядом боковой коридор, полутемный по сравнению с ярко освещенной залой и настолько пустой, как ей и хотелось бы. — Идемте!
Никто из придворных не посмел последовать за ними. Ида не стала углубляться далеко, остановившись за первым же поворотом. Зала отсюда не была видна, а голоса придворных, превратились в тихий рокот, в котором уже невозможно было разобрать отдельных слов. Офицер стоял в трех шагах от нее — как и полагалось по протоколу — и, не выражая ни малейших признаков нетерпения, ждал, когда дочь императора вновь обратит на него внимание.
— Вы сейчас отправитесь в западное крыло, лейтенант, — наконец начала она, — в мои покои. Возьмите с собой столько людей, сколько посчитаете нужным. Вы арестуете Сирил Грасс, в качестве обвинения предъявив подозрение в пособничестве Оуэну Вейду. Вы поместите ее в камеры под дворцом. При этом сам герцог о ее задержании знать не должен.
— Да, Ваше императорское высочество. Как прикажете.
Ида чуть ли не в первый раз внимательно посмотрела в глаза стоящего перед ней офицера. В них не были ни тени удивления подобным приказом или сомнения, будто этому, еще довольно молодому, лейтенанту каждый день приходилось арестовывать особ императорской крови! Нет, разумеется, просто имперских десантников не учили раздумывать над приказами — лишь о том, как наилучшим образом их выполнить.
— Вижу: вы уже командуете моими солдатами, Ваше императорское высочество?"
"Ида не вздрогнула, когда раздался голос с противоположного конца коридора, словно подсознательно все время с того момента, как ступила под своды дворца, она в любое мгновение готова была его услышать.
