В мрачном архипелаге святого Ливида ночью царит полный безумия хаос. Тенью пронизаны серые воды океана, затянутые тучами черной пеленой, и деревья стоят неподвижно в резких тенях, словно гигантские чудовища из книги ужасов.
Десантники тут же вновь нацелили излучатели, но Рафана, Сулим, Танис и еще с дюжину поводырей, не обращая на них не малейшего внимания, решительно спрыгнули со спин чудовищ.
— Не стреляйте! — приказала Ида, делая шаг навстречу. — Они на нашей стороне! — потом пристально посмотрела на Рафану, словно специально вставшую не где-нибудь, а напротив Айнора Хотина. — Ведь на нашей?
— Разумеется, Ваше императорское величество! — женщина с готовностью поклонилась. — Гильдия поводырей прибыла, что принести вам вассальную клятву верности!
Ида едва заметно качнула головой: пора бы ей, наверное, уже привыкнуть к осведомленности Гильдии, но все же та каждый раз вновь и вновь поражала ее.
И она уже знала, с какого приказа начнет свое правление.
— Генерал Хотин, — проговорила она, краем сознания поражаясь, насколько спокойно и уверенно вопреки мечущимся мыслям, звучит ее голос, — как только вассальные клятвы будут принесены, подготовьте приказ о передаче Эспенансо в управление Гильдии поводырей.
По рядам людей, окружавших ее, пробежал приглушенный и полный изумления шепот. Кажется, даже сами поводыри не ожидали от новой императрицы подобного! Если бы кто-нибудь спросил Иду о причинах ее решения, она бы ответила что хочет вознаградить своих союзников за верность. Но в действительности это была бы лишь часть правды. На самом деле она поступала так, как — чувствовала — будет правильно.
