В моем сердце взошел гнев за каждую мгновение, когда она убегала. Я ощущаю преследование в воздухе и знает каждый шаг, словно невидимая рука. Эта страсть становится тяжелой ношей, как удавка на горле — ни алкоголь, ни никотин не помогают освободиться от страстного хватания за ее воспоминание....
Мои клиенты платят за это деньги, тебе же мои консультации обойдутся бесплатно.
Светлана очень ценит себя и свои знания. Точнее, она завышает цену.
– Польщён, – цинично усмехаюсь, притягиваю ее к себе за полотенце. Горячая после душа, мягкая, пахнет моим гелем, посматриваю на стол, размышляя, не разложить ли мне ее здесь по-быстрому. – Но вынужден отказаться.
После этого нам понадобится снова в душ, а на это у меня уже нет времени. Да и не голодный я, ночи мне вполне хватило.
– Ну смотри, я второй раз не предлагаю, – ухмыляется Света, стискивая в руках ворот моей рубашки, притягивая к своим губам.
– Ты помяла мне рубашку, – рычу, кусая за губы. Убирает руки.
– Ты такой невыносимый… педант, что я не понимаю, нравится мне это или нет.
– Сообщи, как определишься, – парирую и ухожу переодевать рубашку.
Выходим из квартиры. Вызываем лифт. Створки распахиваются, к нам навстречу выходит моя новая соседка с большим пакетом. Как всегда, яркая и пёстрая. В желтом широком сарафане и шляпе.
– О, Герман Львович, добрый день, – усмехается она. Света отрывается от телефона, оценивающе осматривает соседку. Просто киваю, пропуская Свету вперед. – Вот и пообщались, – усмехается соседка, кажется, вчера она представлялась Леной. Невольно усмехаюсь.
– Хорошего дня, – как и вчера, желаю ей и скрываюсь в лифте.
– И что это за яркое, безвкусное пятно? – прищурив глаза, спрашивает Света.
– Не спрашивай, – качаю головой.
– Клеится к тебе? – смеется Света.
– Еще не понял, флирт ли это или такая манера общения. Но можешь не ревновать. Она не в моем вкусе.
* * *– Ты не ответил про секретаря, – напоминает Света, одновременно подкрашивая губы, пока мы стоим в пробке.
– Давно тебя стала интересовать моя работа?
Трогаюсь, от рывка Света роняет помаду и пачкает ей бежевое кожаное сиденье автомобиля. Глубоко вдыхаю, пытаясь не обращать внимания. Света поднимет помаду, цокает, закатывая глаза. Вынимает влажную салфетку, намереваясь оттереть помаду.
– Стой! – Она замирает, выгибая бровь. – Это нужно убрать специальным средством. Эта особенная кожа, – поясняю, забирая у нее салфетку. Света смеётся.
– Думаю всё-таки, что твои закидоны мне все же нравятся. – Тоже усмехаюсь, не комментируя. – Так что там насчет секретаря? – настаивает она.
– Есть конкретные предложения? – паркуюсь возле торгового центра, где находится ее кабинет.
– Да-а-а-а, есть. Мария сейчас нуждается в работе.
