Автор
В глубокой меланхолии прячется Слепой Рассвет, где каждое солнечное утреннее свечение кажется последней каплей в череде дневных тягот. Охрана ожесточенно фиксирует любые признаки незаконного проникновения, словно надеясь на то, что лишь так можно сохранить эту закрытую чару. И все же Наташа знает, что рано или поздно, свет божий выведет ее из тьмы, и волна ненависти к своей прежней жизни рвется наружу....
Что он так вцепился за это дело? Что им наговорила Наташа? Может пообещала что-нибудь?
— Верните документы и вызывайте в отдел, если вы нас в чем-то подозреваете. — Герман с ним не церемонился. А я уже и слово вымолвить не могла. Мне было страшно до ужаса. Не хотелось быть втянутой в преступление, которое совершила моя мать. Мои ладошки вспотели, я украдкой вытирала их о бедра.
— Мы бы хотели знать, где можем найти вашу мать. У нас к ней есть несколько вопросов.
Только не это! Вдруг мама проговорится? А чтобы себя отбелить все свалит на меня.
Глава 13
Герман
— Мы бы хотели знать, где можем найти вашу мать. У нас к ней есть несколько вопросов. — обращается нахальный выскочка к Полине. Вижу, что она от страха бледнеет на глазах.
— Мама взяла деньги на мое обследование… нужны были лекарства, — разволновалась Поля. Заметил это и лейтенант Кручинин.
— Нам нужно с ней побеседовать…
— О чем ты собрался с ней беседовать? — оборвал Кручинина. — С какого перепуга ты вообще капаешься в наших личных делах? Тебе документы показали? Ты удостоверился, что Маша не подкидыш? Тогда почему ты еще здесь?
— Послушаете…
— Лейтенант, ты дурак или родом так? — пытался проявить вежливость, но разговор у нас не заладился. Или он выслуживается, ил Наташа ему заплатила. Я бы может, не сорвался, но заметил, что еще немного и Поля в обморок упадет.
— Я при исполнении!.. — начал он известную песню, но я его оборвал.
— Рот свой завали! Телефоны в покое оставили, — грозно произнес, когда опера, как по команде полезли за мобильниками в карман. — Я набираю генералу Власову, вы стоите и ждете.
Я подошел к Полине, она еле держалась на ногах, взял за локоть и усадил на диван. Моя мама и теща Андрея взволнованно о чем-то переговаривались чуть в стороне.
— Зачем Власову звонить? — теперь доблестные защитники правопорядка побледнели. Стоят, переглядываются друг с другом. Ничего не ответив, я набрал генералу. Бросаться словами и пустыми угрозами я не люблю.
— Владимир Аркадьевич, вечер добрый. Не отвлекаю? — спросил хорошего знакомого и постоянного клиента своего заведения.
— Герман, рад слышать. Как жизнь?
— Все было неплохо, пока твои ребята не нагрянули.
