В бездонной темноте станции сияли красные огоньки лам. Человеческие тела складывались в бесконечный поток, но каждый был уникален и необычен. Пять гравитационных эскалаторов мягко выталкивали людской толщей наружу, где песнопение скрипача перекрывало все трещание металла и шум движущихся людей. Здесь звучала печальная мелодия — настоящий слепой рывок в жизнь....
Подсознательно он ожидал совершенно иного развития событий. Взгляд скользнул по веснушчатому лицу девушки. «Какие-то они блеклые тут», – вновь промелькнула назойливая мысль.
– Я останусь! – с вызовом ответил он.
– Как знаешь, – легко согласилась Лиза. – Тогда пойдем, – она взяла его за руку, увлекла за собой. – Только не задирайся. И не обижайся, если что, сам напросился, – мрачновато предупредила она.
– О! – Парень изобразил наигранное удивление. – Лиз, а ты зачем «консерва» притащила?
– Глеб, прекрати, а? – Девушка уселась в кресло, заинтересованно оценила расстановку фигур внутри объемного кубического пространства.
– Не знал, не знал, что ты ходишь в Средний Слой за удовольствиями такого рода, – нагло ухмыльнулся Глеб. – И как он? Ничего?
– Эй, ты в морду захотел? – У Ивана мгновенно вскипела кровь.
– Ой, да ладно! От тебя, что ли?
Стожаров молча ринулся на обидчика, с ходу врезал ему в переносицу, но рука прошла сквозь виртуальную телесную оболочку, а затем костяшки вдруг полыхнули болью – удар пришелся в высокую, украшенную незатейливой резьбой, спинку деревянного кресла.
– Ну как? – весело оскалился Глеб. – Чего глазенки-то выпучил? Тут законы твоего Слоя не действуют! – Мерзкая улыбочка исказила его губы. – Присаживайся. – Он источал наигранное радушие. – Ручонка не отсохнет, не переживай. Поболит и пройдет.
Теперь Иван уже не мог просто развернуться и уйти. Это означало признать поражение. И гордость тут ни при чем. Балом в эту секунду правила неутоленная ярость.
Он сел, вызывающе глядя на Глеба, игнорируя второго, ничем не проявившего себя парня.
– Дим, ходи уже или сдавайся, надоело ждать. Все равно тебе мат через пару ходов.
– Дай подумать!
– Ну, попыхти мозгами, – снисходительно согласился Глеб.
Лиза мрачно молчала, глядя на расстановку фигурок внутри прозрачного куба.
Иван совершенно не понимал, чем они тут заняты.
– Ну что, «консерв»? – обратился к нему Глеб. – Как тебе у нас? Нравится? Гляжу, ты такой весь мускулистый.
– Зато ты доходяга! – У Ивана от обиды даже в голове помутилось.
Глеб минуту хохотал, затем вытер выступившие от смеха слезы.
– Чего ржешь? – Иван инстинктивно сжал кулаки.
Лиза наклонилась к нему:
– Мы не носим аватары, – с укором шепнула она. – Здесь у всех настоящий облик.
– Почему?! – Иван от удивления вытаращил глаза.
– Носить аватар неприлично. Так не принято у нормальных людей.
