В бездонной темноте станции сияли красные огоньки лам. Человеческие тела складывались в бесконечный поток, но каждый был уникален и необычен. Пять гравитационных эскалаторов мягко выталкивали людской толщей наружу, где песнопение скрипача перекрывало все трещание металла и шум движущихся людей. Здесь звучала печальная мелодия — настоящий слепой рывок в жизнь....
Осязалась лишь усеянная гнездами поверхность. Личный чип исчез…
Он со стоном перевалился на спину, блуждая взглядом по низкому, покрытому трещинами, опасно просевшему потолку. Вот и окончательный приговор. Социальная смерть. Ивана Стожарова больше нет в списке живых. Без личного микрочипа ты уже не человек. Так общество защищает себя от мутантов-изгоев и преступников.
В памяти всплыло ухмыляющееся лицо старика.
«Действительно, зачем меня убивать? Я и так больше не существую. Не стоит даже пытаться выбраться наверх.
Он дополз до стены, сел.
Что-то маленькое, колючее ощущалось в нагрудном кармане.
Надежда вдруг вспыхнула с новой силой. Превозмогая слабость, он извлек на свет многогранную бусинку.
Чип!
«Зачем же его вытащили из гнезда и почему оставили при мне?»
Иван едва не выронил драгоценную находку. Пальцы дрожали. Никак не удавалось совершить точно рассчитанное движение.
«Ну конечно! Чип извлекли, чтобы меня невозможно было какое-то время обнаружить по метке импланта.
Наконец едва слышно прошелестел микропривод. Устройство импланта приняло чип, а через некоторое время после инициализации заработал кибстек.
С внутренней дрожью Иван просмотрел состояние счета, отчет по операциям с недвижимостью.
Долг. Сто девяносто тысяч и проценты. Все кварткапсулы перешли к другому владельцу – его имя ровным счетом ничего не говорило Стожарову.
Только сейчас до него окончательно дошло, что же он натворил! Мать, отец, Софья, маленький Антошка – их выселят из инмодов, отправят в капсульную клоаку нижних уровней!
Жить не хотелось.
– Эй, ты там живой? – Звук человеческого голоса заставил его вздрогнуть, вырвал из оцепенения.
Иван, морщась от боли, переполз, спрятался за грудой строительного мусора. Рука нашарила угловатый кусок бетона с торчащим из него куском ржавой арматуры.
– Эй, я помочь хочу! – Шаги прозвучали ближе.
– Уходи! – прохрипел Иван.
– Да ладно! Чего испугался? У, как тебя отделали! – Низкорослый, одетый в рваную куртку и вылинявшие брюки паренек ловко проскользнул внутрь. – Цыфер? – Он смерил Ивана взглядом. – Камень положи, ладно? Все равно силенок не хватит его швырнуть.
Иван разжал пальцы.
– Ограбили? – Паренек уселся рядом. – Бывает, – философски изрек он. – Меня Арчибальдом зовут.
– Отстань.
