Слишком поздно было бы обратиться за помощью к тем, кто так бесцеремонно наслаждался своей бурной вечеринкой. Теперь все внимание сосредоточено на нелегком деле разбираться с последствиями этого конфликта. Вместе с белым теплоходом уплыли мечты о беззаботном отпуске, и теперь перед героиней стоит непростая задача: преодолеть обиды и злость, чтобы найти способ мирно разрешить эту ситуацию....
— Кефир в пакете Петровна забрала себе, а чай мы вылили. Что там за травы, мы не знаем. Пахнет приятно — ромашка, мелиса слышны, — но пробовать мы не рискнули, а уж Стефании Степановне давать и подавно. Травами тоже вред можно нанести, — просветила она нас.
— Может, ничего такого, что могло бы навредить нашей больной, в чае и не было, но вы правильно сделали, что его вылили. Спасибо, — поблагодарила девушку Алина.
Ирина приняла похвалу как государственную награду. Щеки ее заалели, а глаза вспыхнули от гордости. Она легко вздохнула и смущенно пробормотала:
— Да что там, так каждый поступил бы на моем месте.
Я почему-то подумала: «Надеюсь, она не про творог?»
За окном стало темнеть, и Степа сама предложила нам уйти:
— Поздно уже. Трускавец — городок тихий, но береженого бог бережет. Идите, мне так будет спокойней.
— Отдыхай, завтра мы тебя навестим.
Мы вышли из отделения на улицу, и перед нами стала дилемма: возвращаться в гостиницу пешком тихой улочкой или пойти на остановку маршрутного такси. Обычное такси в Трускавце — не проблема, но и косяками по улице автомобили не бегают.
— Пошли пешком. Пока дойдем до остановки, пока автобуса дождемся, замерзнем.
И, правда, к вечеру слегка похолодало. Солнце скрылось за горы, и сразу на город опустился сырой туман. Чтобы не замерзнуть, я зашагала в быстром темпе. Мне от ходьбы даже стало жарко. А вот Алина скоро выдохлась и заметно отстала.
— Куда ты бежишь? — бросила она, держась за левый бок.
— В гостиницу? Тебе хорошо, ты ветровку надела. А я только в свитере, — пожаловалась я на свою легкую экипировку.
— Погоди, у меня идея, — прерывисто дыша, сказала Алина. — Сейчас половина девятого. Рада должна быть дома. Давай на минуточку к ней заскочим. Передадим ей привет от Степы. За одно и узнаем, она ли передачку принесла.
— Давай, — согласилась я. — Сейчас только сообразим, куда сворачивать.
Ох уж эти трускавецкие улочки! Проложены они самым немыслимым образом. Чтобы скорее выйти на нужную улицу, мы рискнули свернуть на перекрестке — думали срезать угол.
В квартире Рады светились все окна.
— Дома, — посмотрев наверх, сказала Алина.
Рада смерила нас недовольным взглядом, и разговор сразу пошел не по намеченному мной и Алиной плану:
— Вы от Оксаны?
— Нет, мы не представляем ее интересы, — ответила я.
