Слишком поздно было бы обратиться за помощью к тем, кто так бесцеремонно наслаждался своей бурной вечеринкой. Теперь все внимание сосредоточено на нелегком деле разбираться с последствиями этого конфликта. Вместе с белым теплоходом уплыли мечты о беззаботном отпуске, и теперь перед героиней стоит непростая задача: преодолеть обиды и злость, чтобы найти способ мирно разрешить эту ситуацию....
Не проще бы было так пользоваться? Я бы на ваш блуд глаза закрыла, как-нибудь мужика поделили бы. Авось, и с тобой бы подружилась, — Оксана расхохоталась Раде в лицо и, немного успокоившись, добавила: — Конфетками с крысиным ядом угостила бы. Мне для тебя, подруга, ничего не жалко.
Рада онемела от такой наглости. Выпучив глаза, она с негодованием смотрела на Оксану, подыскивая слова, как бы обиднее ей ответить.
Я нашла под столом ногу Алины и многозначительно нажала, мол, слышишь, что Оксана задумала? Соперницу отравить! А ты мне не верила!
— Да шутит она, — ответила Алина на мою мысленную тираду.
— Кто? Мама? — спросил Сергей, догадавшись, что речь идет о его теще. — Мама никогда не шутит.
Я переглянулась с Алиной. Сергей так же, как и мы, внимательно прислушивался к разговору за соседним столом.
— Сергей, ты серьезно думаешь, что … — я осеклась на полуслове, опасаясь продолжать фразу вслух, потому что всем известно: сказанное вслух имеет свойство становиться явью.
— Вы о ком? — спросил Куликов.
— Не о ком, это они о своем, — поторопилась ответить Степа и, чтобы отвлечь внимание мужа от Оксаны, перевела разговор на другую тему: — Ты лучше спроси, почему девочки не едят?
«Умница, — мысленно поблагодарила я Степу. — Еще неизвестно, возможно, все обойдется, и круиз вполне счастливо закончится, а посему не стоит заранее волновать Куликова»."
"У Степы были все основания замять разговор об Оксане. Дело в том, что она и Петр Куликов не так давно женаты, но муж уже премного наслышан о наших приключениях, а вернее о том, с какой регулярностью мы влипаем в очередное расследование.
