Автор
Калли снова чувствовала себя живой после экстаза, которого у нее никогда раньше не было. Воздух вокруг был как будто наполнен едким запахом пота и прямыми мужскими сокровищами, отдаваясь в каждом клеточке ее тела, когда она вновь вздохнула.
Калли прекрасно знала — Аристидис никогда не позволит дочери выйти за местного мальчишку, каким бы хорошим он ни был человеком и как бы сильно они с Анджелой ни были влюблены друг в друга. Для ее дяди значение имели только положение в обществе и деньги.
Она окинула взглядом потягивающего кофе Дэймона Савакиса. Он за секунду охмурит бедняжку Анджелу, а потом побежит искать развлечений на стороне. Также легко он и Калли вчера соблазнил. Она поежилась. Она не станет смотреть, как дядя испортит Анджеле всю жизнь, выдав ее замуж по расчету так же, как сделал это когда-то с ней.
— Не торопись, Анджела. Я позабочусь о нашем госте.
— Звучит многообещающе."
"— Что, простите? — Анджела повернулась к Дэймону.
— Мне нравится идея, чтобы ты обо мне позаботилась, — протянул он. — Что ты предлагаешь?
Он скользнул взглядом по ее желто-зеленой майке и дальше вниз на голый живот. Как будто погладил ее ладонью.
— Показать вам гостевое бунгало.
Калли пожалела о том, что на ней сейчас брюки и короткая майка. Если бы она знала, что он здесь, она бы надела закрытую тунику. Хотя это все равно бы не помогло. Он помнит, как она выглядит обнаженной. И она тоже хорошо помнила каждый сантиметр его тела.
Она вздохнула и отвела глаза, стараясь не думать об этом, а также о гормонах, бурно требовавших обратить на него самое что ни на есть пристальное внимание.
— О, Калли, и это все? — он провел пальцем по ее шее.
Она вздернула подбородок, выпрямилась и изо всех сил постаралась успокоиться. Проигнорировав желание, которое вспыхнуло в ней с неимоверной силой, она пошла вперед, удивляясь тому, как трудно ей было сейчас притворяться.
— Гостевые комнаты в этой стороне, — сказала она, когда смогла, наконец, говорить ровным голосом.
Дэймон смотрел, как она идет впереди него по лужайке. Ее бедра соблазнительно покачивались, и он голодным взглядом вперился в ее плотно облегающие белые брюки.
Ему стало жарко, и он сам на себя разозлился. Разве мало того, что из-за нее он всю ночь не спал? Он бесился из-за того, как она его использовала, и в то же время хотел еще раз до нее дотронуться, отведать ее великолепного тела. И даже тот факт, что она его отшила, не утихомирил его либидо.
— Вы идете?
Она повернулась.
