В Арсения Кирилловиче жила вечная тревога и страх за свою жизнь. Шаг за шагом он ускользал от своих подозреваемых, а сам оставлял следы, как будто следовал по инею. Однажды он неожиданно пригнулся к забору, прячась от чья-то тени, когда внезапно услышал знакомый бас. Здесь начинается Сломанная тень — описательный роман о страхе и слежке в весеннем Петербурге....
Ирина Лукинична надулась, юмора не любила.
– Полина последнее время меня сильно беспокоит: капризничает, дерзит. Глаза отсутствующие…
– Это бывает. При беременности… – Тоннер аж глаза прикрыл от ужаса, что проболтался.
– Так вы знаете? – обрадовалась Ирина Лукинична. – Отлично! Знаете, у Софьи тоже странности обнаружились, когда Полиной ходила! А мы внимания не обратили. Мне один доктор потом… – Ирина Лукинична достала платочек и утерла совершенно сухие глаза, – сказал, что если бы вовремя спохватились, отправили бы Софушку в деревню, она с ума бы не сошла.
– Извините, Ирина Лукинична. Я, конечно, доверяю вашему мнению. Но лично я не замечаю у Полины Андреевны никаких признаков нервной горячки.
– Просто вы мало с ней общаетесь. Я всегда удивлялась врачам! Разве возможно распознать болезнь за десять минут осмотра? Вам придется уделять Полине гораздо больше внимания, наблюдать за ней!
– Каким, простите, образом? – поинтересовался Тоннер.
– Вы на маскарад собираетесь?
– Собираюсь!
– Вот и чудненько! Будете ее кавалером! Юрий-то в Лондоне…
– А-а… – Тоннер хотел спросить про Кислицына, но на сей раз вовремя остановился.
Софья Лукинична и так, и сяк крутилась перед Тучиным:
– Фи! Даже на платье не взглянул!
– У меня срочный заказ! Не шевелись, Пантелейка!
Тучин успел зарисовать только Тимкино лицо; что ж, фигуру Гиацинта придется писать с казачка.
– Александр Владимирович!
Тучин вздрогнул, осторожно обернулся к двери:
– Ах! Это вы, Илья Андреевич! Слава богу! Очень рад!
Тоннер головой потряс – не снится ли? В последние встречи художник недвусмысленно выражал ему неприязнь.
– Добрый день! Я на секунду. Меня просили кое-что вам передать. – Доктор достал письмо Дашкиной и, только отдав его адресату, заметил Лаевскую: – Здравствуйте, сударыня!
– Здравствуйте! – с вызовом произнесла Софья Лукинична.
– Как ваше самочувствие?
– Как видите! – Лаевская смерила доктора уничижительным взглядом.
– Сударыня, я у вас случайно в спальне микстурку свою не забыл?
– Нет! – Софья Лукинична злобно сверкнула глазами.
– Увы, временем не располагаю! – поблагодарил Тоннер. – Если вдруг найдется – не сочтите за труд…
– Огромное спасибо, Илья Андреевич! – Тучин, прочтя записку, сперва подпрыгнул, а потом на радостях обнял доктора. – А вы-то сами идете на маскарад?
– Увы, придется.
– И мне тоже. Но… – Тучин нахмурился.
