Внутри сразу становится ясно, что именно здесь ожидает путешественника: холодные лучи неоновой подсветки освещают грязный зал с полупустыми стойками и пустыми корзинами. Перед глазами виднеется лишь один загадочный символ на стене - сердце. Здесь такая тишина, что можно услышать собственное сердцебиение — будто оно тоже неистово зелёным светом вывешено над входом, с потеками грязи и разбитыми стаканчиками....
Правда, весь её вид обещает: если мы посмели у неё отнять время из-за какой-нибудь ерунды – она разорвёт нас в клочья. То есть меня, конечно. Злость и раздражение от нее прямо-таки волнами исходят. Гляжу на Таню – та аж весь свой гонор подрастеряла. Рассказывает, а сама все время на меня оглядывается.
Но замечаю при этом, как Лера, слушая Танин рассказ, меняется на глазах. Сосредотачивается, хмурится, иногда хмыкает. Задает несколько вопросов, что-то записывает у себя.
В самый разгар нас прерывает её телефон.
Таня, конечно, к манерам Леры не привыкла и растерянно хлопает глазами.
– Что нам теперь делать? – спрашивает меня испуганным шепотом.
– Ничего, – говорю, – подождем в холле.
Лера выходит где-то через час и предлагает нам съездить в эту клинику. То есть Тане предлагает – меня демонстративно игнорит. И когда, спустя четверть часа мы выходим из её офиса, она, пиликнув сигналкой от своей машины, обращается только к Тане, будто меня вообще тут нет.
– Садись сзади, у меня здесь документы.
На переднем пассажирском сиденье и правда навалены стопки всяких папок. Таня, усаживаясь назад, бросает на меня умоляющий взгляд, типа, «я её боюсь, поехали, пожалуйста, с нами». Как будто я мог куда-то вдруг свалить. Меня бы сейчас и Лера черта с два спровадила. Хотя, конечно, мало приятного, что она со мной как с пустым местом.
Едем мы совсем недолго, дольше потом ищем место, где бы припарковаться. В центре, даже в праздники, все обочины облеплены тачками. Останавливаемся в конце концов метрах в двухстах от Таниной клиники.
Она занимает половину первого этажа обычной панельки.
Лера решительно устремляется к стеклянным дверям, как полководец, за ней трусит Таня, и в самом конце вяло плетусь я, сунув руки в карманы.
На ресепшене всю нашу процессию встречает какая-то перепуганная девчонка с бейджем на груди «Администратор Олеся».
