Внутри сразу становится ясно, что именно здесь ожидает путешественника: холодные лучи неоновой подсветки освещают грязный зал с полупустыми стойками и пустыми корзинами. Перед глазами виднеется лишь один загадочный символ на стене - сердце. Здесь такая тишина, что можно услышать собственное сердцебиение — будто оно тоже неистово зелёным светом вывешено над входом, с потеками грязи и разбитыми стаканчиками....
И даже когда остаюсь в палате один, я по-прежнему чувствую эту близость между нами...
54. Лера
Кто бы знал, как я отчаянно трусила, когда написала в тесте Артему свое послание. Не знаю, почему. Не знала, как он отреагирует, не знала, чего ждать. Опасалась, что записку найдет кто-то другой, мало ли.
И когда, выйдя из душа, обнаружила в телефоне его сообщение, у меня просто гора с плеч свалилась."
"И как хорошо, что мы всё обсудили в переписке, потому что глядя в глаза, я не решилась бы сказать ему многое из того, что, в общем-то, и написать было непросто.
Да мне и до сих пор не верится, что мы с ним теперь вместе. Никак свыкнуться не могу. Всё кажется, что это похоже на сон, ну или хотя бы на авантюру с моей стороны. Бездумную и опрометчивую. Но я – счастлива.
Меня просто распирает от радости. Не такой, как обычно: взвешенной, понятной, сдержанной. А какой-то искристой, как речная рябь на солнце, шипучей, как шампанское, и безбашенной. Я даже хожу эти дни как с приклеенной улыбкой и чувствую себя лет на десять моложе.
К слову, на другой день после нашей переписки я тоже в душе немного нервничала, когда шла к нему в больницу. Одно дело – написать, а другое – вот так прийти, лично сказать, в глаза посмотреть. В Артеме я уже не сомневалась, но сама робела. Смешно, конечно, учитывая, что между нами было. Но всё получилось само собой, естественно и легко. И даже как-то трогательно, хоть и без лишних слов. Он меня просто обнял и этим всё сказал: мы – вместе, ты – моя.
А вечером, когда вернулась домой, у нас с ним снова развернулось продолжение романа в письмах. Точнее, в сообщениях. Я так и ходила по квартире с телефоном. Наливала зеленый чай – и одновременно читала, что он мне написал, ужинала – и одной рукой писала ему ответ. И писали-то мы друг другу в основном всякие глупости, в духе:
«Что ты сейчас делаешь?»
«Думаю о тебе, а ты?»
«И я тоже»
«Хочу тебя увидеть…»
И такое у нас развлечение уже почти три недели.
А ведь раньше у других пар мне подобное казалось слащавым, наигранным и дико раздражающим, и я искренне считала: «Слава богу, что мы с Марком подобной „ерундой“ не страдаем». А тут вдруг радуюсь как девчонка и даже засыпаю с улыбкой.
Сегодня Артема выписывают. Он и так пролежал в больнице три с лишним недели. Все его жуткие гематомы сошли бесследно.
