Автор
В мире романтических историй о счастливом конце, Бетти и Ванесса В., а их друзья на Луне, найдутся только в нашей книге. Сломленный рыцарь несет шокирующий финал, где леди превращаются в жестоких правителей. Атмосфера в книгах наполнена глубиной эмоций и драмой, каким-то знакомым, но всегда новым для читателя....
Когда она выбрала Северную Каролину, это выбило у меня почву под ногами. Я был не готов к такому, первый месяц я был ужасно зол на ее отсутствие.
Как ни странно, все остальные, казалось, были на ее стороне с этой фигней.
Вон просто махнул рукой на ее решение, а мои родители сообщили, что у нее все будет отлично.
Класс.
У нее все будет отлично.
Круто ей.
Нет.
Не для меня, я не был так оптимистичен. Луна мой центр. Мое топливо. Сейчас я живу с пустым баком. Я бы покалечил себя, если бы не мама. Но я не могу этого сделать из-за нее.
Посмотрите, я сошел с ума."
"О'кей, скорее, стал нереально злым.
Луна ушла. Она просто ушла.
Одной жалкой ночью я кончил ей на зад, чтобы показать, что давать мне пощечину некруто, потому что она как Джелли Нелли[9]. А она, мать ее. Ушла.
Как моя биологическая мать.
Как Вал.
Как люди, которых мы ненавидели.
Хорошо, Дэбби Даунер[10], пора заканчивать эту вечеринку жалости, пока полиция веселья не прикрыла тебя.
– Секунду, – крикнул я маме, когда увидел ее лицо сквозь окно на кухне.
Вероятно, она удивлена, что могло меня настолько задержать во дворе. Если хорошо подумать, то мама не звала меня. Виноват. Но сейчас она была там, прислонилась к оконной раме и выглядела прекрасно, в коричневом платье в горошек и с распущенными волосами.
Роза Леблан-Коул предложила мне тыквенный кекс на оранжевом подносе.
– Ты какой-то растерянный. – Она окунула палец в кекс и облизала сырое тесто.
Она обожает сырое тесто. Буквально живет ради него. Мне нравится, что она любит мелкие несовершенства. Это заставляет меня верить в то, что она любит меня.
– Да? – Я оторвал взгляд от открытого гаража Рексротов.
Как правило, я не интересовался подобными наблюдениями, а у мамы было больше свободного времени. Я бы сказал, что это потому, что я хороший сын.
Но правда в том, что я чувствую себя виноватым.
– Она должна быть с минуты на минуту. – Мама улыбнулась.
Я порылся в карманах серых спортивных штанов Gucci.
– Блин, мама, кажется, у меня закончились.
– Забавно, выглядишь так, будто у тебя их полно. Иначе почему ты здесь стоишь уже четыре часа?
Сорок минут, четыре часа. Кто вообще считает? Мне уж точно все равно.
