– Да, доктор Уинтерс, пожалуйста, скажите, мы дали ему слишком много опия?
– Я так не думаю, – ответил доктор Уинтерс, по-прежнему слушая дыхание Маркуса. – Опиум оказывает угнетающее действие на лёгкие. Вот почему он дышит так слабо.
Онория в ужасе закрыла рот рукой. Ей в голову не приходило, что Маркус слабо дышит. Она думала, что он стал дышать лучше. Спокойнее.
Доктор распрямился и снова стал разглядывать ногу Маркуса.
– Крайне важно, что я получил всю информацию, имеющую отношение к данному случаю, – отрывисто произнёс он. – Я бы встревожился гораздо сильнее, если бы не знал, что больной принимал лауданум.
– А теперь вы спокойны? – недоверчиво спросила Онория.
– Я не говорил, что спокоен, – доктор посмотрел прямо на неё и снова вернулся к осмотру ноги. – Однако я бы был обеспокоен, если бы он не принял настойку. Столь слабое дыхание без воздействия лауданума указывало бы на весьма серьёзное воспаление.
– А это не серьёзное воспаление?
Доктор снова недовольно посмотрел на неё. Ему явно не нравились её вопросы.
– Будьте любезны воздержаться от комментариев, пока я не закончу осмотр.
Онория почувствовала, как у неё скулы свело от раздражения, но она отступила. Она будет любезна с доктором Уинтерсом во чтобы то ни стало. Он здесь единственный, кто может спасти Маркуса.
– Объясните мне в точности, что именно вы сделали, чтобы очистить рану, – потребовал врач, ненадолго оторвавшись от изучения ноги Маркуса. – Я также хочу знать, как нога выглядела до того, как вы начали.
Онория и её мать по очереди рассказали ему, что они делали. Кажется, доктор одобрил их действия. По крайней мере, он не выказал признаков неодобрения. Когда дамы закончили свой рассказ, он повернулся к ноге Маркуса, снова посмотрел на неё и вздохнул.
Онория подождала. Доктор выглядел так, словно он размышляет. Но, чёрт побери, сколько можно думать. Наконец, она не выдержала.
– Что вы скажете? – выпалила она.
Доктор Уинтерс заговорил медленно, словно рассуждая вслух:
– Возможно, ему удастся сохранить ногу.
– Возможно? – эхом повторила Онория.
– Ещё слишком рано, чтобы можно было сказать с уверенностью. Но если он её сохранит, то лишь благодаря вашим стараниям. – Он посмотрел на Онорию и леди Уинстед.
Онория заморгала от удивления, она не ожидала похвалы. И тут она задала вопрос, ответ на который боялась услышать:
– Но Маркус выживет?
Доктор встретил её взгляд с полным самообладанием:
– Он совершенно точно будет жить, если мы ампутируем ногу.
Губы Онории задрожали.