Утром я, признаться, далеко не ушла, рухнув на первую подвернувшуюся кушетку. Кто-то снял с меня сапоги и накрыл чем-то, подозрительно напоминающим портьеру. Такая трогательная забота меня умилила, но долго предаваться этому самому умилению было некогда, следовало заняться Дараи.
Обувшись и кое-как пригладив растрепавшиеся после всех перипетий волосы, я поднялась на ноги, и в дверь тут же кто-то просунулся. Нетрудно догадаться, что это был Лауринь, выглядевший, если честно, просто ужасно. Не удивлюсь, если он никому не доверил наблюдение за Дараи и сам просидел около ведьмы все то время, что я благополучно проспала.
– Лауринь, ваша работа? – спросила я вместо приветствия, кивнув на кушетку. – И где это вас учили укрывать дам пыльными портьерами?
– Это не портьера, это гобелен, – несколько обиженно ответил Лауринь.
– Неважно, все равно пыльный, – хмыкнула я. – Тем не менее, благодарю вас, Лауринь. Кстати, что такое вы хотели мне сказать, когда изображали смертельно раненного?
Лауринь неожиданно залился краской.
– Н-не помню, – соврал он, а я не стала докапываться до истины. – Госпожа Нарен, я… я должен извиниться… Я снова вам помешал и едва все не испортил…
– Ваше счастье, что именно «едва», – фыркнула я. – Лауринь, я верю, что вы действовали из самых лучших побуждений, но давайте все же договоримся: вы будете бросаться мне на помощь только в том случае, если я вас об этом попрошу. Правда, не могу отрицать, что трюк с кандалами вам удался, но это скорее исключение, чем правило. Так как, договорились?
– Да, госпожа Нарен! – Взгляд Лауриня слегка просветлел. Надо думать, лейтенант достаточно долго казнил себя и теперь радовался, что так легко отделался. – Как прикажете…
– Отлично. – Я встряхнула головой. – Как там наша пленница?
– Как положили, так и лежит, – ответил Лауринь совершенно серьезно. – Даже не дергается…
– Она жива, я надеюсь? – нахмурилась я.
– Жива, – уверил Лауринь.
– Тогда идемте, я хочу с нею побеседовать, прежде чем мы отправимся обратно…
Кажется, я даже немного перестаралась: Дараи выглядела изрядно заторможенной. Очнуться она очнулась, но попыток освободиться, как и говорил лейтенант, не предпринимала.
Настроение у меня было, мягко говоря, не лучезарное, поэтому церемониться с ведьмой я не собиралась.
– Значит, Сания Дараи, ведьма, – процедила я, когда Дараи усадили напротив меня. – Это настоящее имя?
Дараи медленно кивнула. Впрочем, настоящее это имя или нет, не столь уж важно.
