– А мы что, – спрашиваю, заметив, что он поднимается ко мне на крыльцо, – на свадьбе в прошлый раз не наелись? Тоже себе ужин устраивали?
– Нет, но я решил, что ты будешь не против улучшенной версии нашего совместного вечера.
Я смотрю на мангал, делаю глубокий вдох и молча с ним соглашаюсь. Кто я такая, чтобы отговаривать мужчину, когда он хочет готовить?
Матвей Сергеевич скрывается в доме, а вскоре выходит с бокалом и стаканом в руках. В бокале вино, он передает его мне. А сам потягивает… ну, судя по цвету, виски или коньяк. Он не садится. Упирается в изгородь и смотрит так пристально, что я начинаю ерзать и чувствовать себя немного неловко.
– Почему именно здесь?
Я веду рукой в сторону леса, солнца, которое добровольно насаживается на высокие кроны. Матвей Сергеевич становится вполоборота и какое-то время молчит, как будто пытается заново охватить взглядом всю эту картину.
– Близко к конюшне, достаточно далеко от людей, и мне нравится здесь природа.
Сделав глоток вина, я, как и он, устремляю взгляд в сторону горизонта. И тихонечко, чтобы не испортить этот момент, отгоняю от уха летающих насекомых. Отчасти это можно даже считать справедливым: баш на баш. Хочешь поесть на природе – не забудь покормить комаров.
Наверное, он все-таки замечает, как я устанавливаю тесный контакт с окружающим миром, потому что предлагает:
– Если хочешь, можешь зайти пока в дом.
Я качаю головой. Ни за что. Отблески огня, запах мяса, дымка, которая тянется в сторону леса, ветерок, который то и дело норовит мне испортить прическу, птичья трель, прерываемая совиным уханьем. И мужчина, который со знанием дела занимается для нас ужином. Ни за что не променяю все это на стены.
Я настолько расслабляюсь, что даже вино пить не хочется. Так, делаю пару глотков. А в основном просто кручу бокал в руке и получаю удовольствие от ощущения того, как он медленно нагревается, как тонут в нем блики от фонаря, который зажигается над дверью. Кстати, мягкий свет манит к себе насекомых, и они тут же оставляют меня в покое.
Я настолько глубоко погружаюсь в тишину, уют и комфорт, созданный из элементарных для кого-то вещей, что не сразу понимаю, что ко мне обращаются. Задерживаю взгляд на Матвее Сергеевиче, и он повторяет.
– Ты ведь не из тех женщин, которые после шести не едят?
– После хот-догов у заправки и мнения бабушки по поводу моей фигуры вы еще сомневаетесь?
– Отлично.
