Что ж, каков привет — таков ответ, Ваша Светлость!
— Отлично, господин муж, жду тебя к ужину в восемь, — я уперла руки в бока, всем видом показывая, что серьезна как никогда. — Не волнуйся, я не буду запрещать тебе работать ректором. Но не опаздывай, терпеть этого не могу. И будь так любезен, купи свежей зелени. Ми-и-илый!..
— Что?.. — брови мужчины разлетелись к вискам.
— А кто сказал, что жена должна жить у мужа? — нагло поинтересовалась я. — Не волнуйся, здесь в лавке — два этажа, пять комнат, найдется местечко и для дракона.
Сзади кто-то ойкнул. Судя по всему эмоциональная тетушка Бетти, а вот Берг торопливо захрустел ржаными гренками, которые были горкой насыпаны в плетеной корзинке на столе. Шарль просто молча хрустел сухими пальцами, наблюдая за нашей семейной разборкой.
Тьфу, ты! Какой еще семейной? Так, не пойми что.
— В восемь? — безэмоционально уточнил Нейтан.
— В восемь, — тем же тоном подтвердила я.
Мужчина склонил голову, прощаясь, и неожиданно шагнул вперед, прижимая меня к груди и оставляя на моих губах легкий, целомудренный поцелуй.
Я даже не успела отреагировать, как меня вновь отпустили на свободу и Нейтан исчез за дверь, напоследок насмешливо бросив:
Я была уверена, что дракон не вернется.
Не по чину Высшему магу, у которого личные апартаменты занимают целое крыло в Академии, ютится в полуразвалившейся Алхимической лавке. Особенно ради фиктивной жены.
И это я еще молчу про собственного герцогского повара, горничную и камердинера, а также кучера и лакея. Все же Нейтан Ридар был аристократом до кончиков ногтей.
Сомневаюсь, что он согласится спать на диване в гостиной и есть за одним столом с домовым котом и бывшим ведьмаком. Барг и тетушка Эльжбета в последнее время частенько оставались у нас на ужин. И это я еще молчу про Пита Джонсона и Джана Кумара, которые заглядывали в лавку чаще, чем в библиотеку Академии.
Конечно, это было не каждый день, но сегодня я попросила явиться всех и каждого. Пит и Джон радостно согласились на попойку, не подозревая о маленьком нюансе в виде большого дракона. Остальные, которые присутствовали при разговоре с ректором, отбивались руками и ногами, но я была неумолима. И надеялась, что Его Светлость также оценит «семейный ужин», если все же рискнет на него прийти.
Я злорадно улыбнулась и с откровенным удовольствием содрала с себя пострадавшее платье, которое и до этого не отличалось особым шиком, а теперь и вовсе превратилось в горелые лохмотья.
