Переглядываюсь с Русланом, на себе его жадные взгляды ловлю, борюсь с желанием подойти к нему, обнять, прижаться к мощной спине.
Потом я занимаюсь сервировкой стола, и мы втроем принимаемся за ужин.
– Пап, ты вкусно готовишь.
– Спасибо, принцесса. Но, должен признаться, кроме пасты и жареной картошки, я больше ничего готовить не умею.
– А Максим много чего умеет. Он нам с мамой часто раньше готовил, – говорит Алиса, даже не подозревая, как ее слова на Руслана действуют. – Мам, а можно папа останется с нами ночевать? Максим же оставался, у тебя кровать большая, и он поместится.
Я давлюсь едой и начинаю кашлять, Руслан прищуренными глазами смотрит на меня, замерев с вилкой в руках, его взгляд темнеет. Алиса ничего такого не сказала, но для Алмазова это как чеку на гранате оторвать и бросить в самое пекло.
А потом он мертвенно спокойно спрашивает у Алисы:
– И часто Максим у вас ночует?
– Бывает, – пожимает плечами дочь и тянется за овощами.
– И спит с мамой в комнате?
– Руслан, – одергиваю его, бросая в его сторону недовольный взгляд.
Бровь Руслана ползет вверх, он откладывает вилку, откидывается на спинку стула и скрещивает руки на груди.
– Не порть вечер, прошу, – говорю негромко.
– Я вообще молчу.
– Я вижу.
Аппетит быстро пропадает, я делаю глубокий вдох и отзеркаливаю позу Руслана. Только Алиса, которая не замечает между нами напряжения, все так же не отрывается от ужина.
Я нервно постукиваю ногой по полу, прикусываю губу. Кадык Руслана дергается. Не понимаю его недовольства, он же тоже все это время не монашеской жизнью жил.
А потом он заявляет:
– Пойду в душ пока, посуда на тебе.
Я не успеваю ни слова сказать против, а он уже вышел.
Означает ли это, что он собрался все-таки на ночь у нас остаться? Ну не вода же у него дома закончилась, в самом-то деле?
– Папа у нас останется? – наступает на мозоль Алиса.
– Эм, не знаю, – отвечаю честно.
– Тебе помочь со стола убрать?
– Нет, солнышко. Пойди сложи у себя в комнате игрушки, а когда папа из ванной выйдет, помойся и ложись. Я к тебе загляну, сказку почитаю, или можешь у папы попросить.
– Ты не обидишься, если папа почитает?
– Нет.
– Точно-точно?
– Точно-точно. – Целую ее в макушку и начинаю убирать со стола.
– Спасибо, мам. Люблю тебя!"
"Алиса выбегает из кухни, я же грязную посуду в раковину сгружаю, и на этом моя уборка заканчивается. В кухне как-то слишком жарко становится – или это я вся горю от присутствия Руслана в нашей квартире? Открываю окно и полной грудью вдыхаю свежий воздух. В небо черное смотрю и надышаться не могу. Все думаю о том, что дальше нас ждет, правильно ли поступила. Не знаю, сколько так стою, но вдруг понимаю, что в квартире слишком тихо как-то. На часы смотрю и не понимаю, как так быстро почти час прошел.