В тепле бани и морской прохладе — лишь пара минут под холодной водой. Я глубоко вздохнула, как будто собиралась нырнуть в безбрежную даль. Вода лилась, смывая все заботы и неприятные воспоминания, оставляя лишь легкий мокрый хруст кафельных плит. Усталость не уступила сразу, но уже начинала исчезать, позволяя расслабиться во всем теле....
— О чем ты? Ведь мы не виделись гораздо больше.
— Теперь это не имеет никакого значения. Главное, что мы наконец встретились. Я слишком долго тебя искала. Я звонила на твой мобильный, но ты не отвечал. Ты, наверное, просто сменил номер.
— А откуда ты знаешь номер моего мобильного?
— Ты сам мне его дал.
— Когда я учился в школе, у меня еще не было мобильного.
Я вдруг подумала о том, что не стоит пока открываться Максу. Во-первых, он не поверит, а во-вторых, заставит страдать моих родителей.
— Ты какая-то странная.
— Кто?
— Моя мать.
— Это не правда. Я нормальная. Просто я давно хотела тебя увидеть. Когда ты сюда зашел, я не поверила собственным глазам. Макс, скажи, а я красивая?
— Очень.
— Я стала еще красивее, чем раньше?
— Я не помню, какой ты была раньше.
— Совсем?
— Совсем. Говорят, ты получила сильные ожоги.
— Ой, Макс, пока мы не виделись, со мной столько всего произошло…
Прозвучал последний аккорд, и Макс отвел меня на место. Усаживаясь, я перехватила ревнивый взгляд Толика.
— Вы прекрасно смотритесь, — шепнула мне мама.
— Ты даже не представляешь, как сильно я его люблю!
Танцевать мы больше не танцевали, но в продолжение вечера Макс то и дело косился в мою сторону. Видимо, мои слова озадачили его. В конце концов я не выдержала и опять подошла к нему.
— Хочешь, я покажу тебе свою комнату?
— Зачем?
— Говори, хочешь или нет?
Не зная, что ответить, Макс смущенно опустил глаза. Я наклонилась и прошептала:
— Давай сбежим.
Макс встал и пошел за мной. Я привела его в свою комнату, закрыла дверь и бросилась к нему на шею.
— Я люблю тебя, Макс!
— Машка, вот уж не знал, что ты такая странная девушка…
— А тебе и не нужно ничего знать.
Скинув вечернее платье, я взяла руку Макса и положила к себе на грудь.
— Машка, что ты творишь!
— Я хочу тебя, хочу…
— Но к чему такая спешка?
— А зачем нам с тобой тянуть? Разве ты не помнишь, как нам было здорово? Мы могли заниматься любовью сутки напролет и не чувствовать усталости.
— Да я вообще с тобой ни разу не был.
— Погоди, не говори ничего… — Я принялась раздевать Макса, целуя каждый квадратик его сильного смуглого тела. Стряхнув с себя оцепенение, он стал помогать мне, и я наконец почувствовала себя на вершине блаженства. Испытав оргазм, я тихонько заплакала.
— Я сделал тебе больно?
— Мне было очень хорошо.
— Ты сумасшедшая!
— Я не сумасшедшая.
