В тепле бани и морской прохладе — лишь пара минут под холодной водой. Я глубоко вздохнула, как будто собиралась нырнуть в безбрежную даль. Вода лилась, смывая все заботы и неприятные воспоминания, оставляя лишь легкий мокрый хруст кафельных плит. Усталость не уступила сразу, но уже начинала исчезать, позволяя расслабиться во всем теле....
— Что ты ищешь? — с ужасом уставилась на меня появившаяся Танька.
— Ключи от машины.
— Зачем?
— Спущусь вниз, открою машину и посмотрю, есть ли в салоне кровь. Попробуем выяснить, где его подстрелили.
— Ну уж, наверное, не в моем подъезде, — поморщилась Танька. — Кому он здесь нужен? У меня соседи спокойные. Бандюг нет. Выходит, его и в самом деле могли подстрелить по дороге. В машине?.. Да, скорее всего, в машине… Но адрес, Боже мой, адрес… Я точно помню, что не говорила вчера, где живу…
— Ну что ты, как курица, раскудахталась: адрес, адрес, — передразнила я Таньку — Насчет адреса и дураку понятно: Толик твой настучал.
Достав связку ключей, я шагнула к двери, но, услышав Танькин голос, остановилась.
— Эй, подруга, я с покойником один на один оставаться не хочу, — сказала она. — Я иду с тобой.
— Хорошо, пошли вместе, если тебе так хочется, — безразлично пожала я плечами и принялась открывать замки.
— Ленка, ты хоть пистолет спрячь, а то всех соседей перепугаешь.
— А вдруг в подъезде кто-то стоит?
— Кто?!
— Дед Пихто, — буркнула я. — Убийца, конечно!
Может, он жаждет крови и теперь хочет расправиться с нами.
— На кой черт мы ему сдались? Ты же сама говоришь, что выглядывала на лестничную площадку, но никого там не видела.
— Береженого, Танька, Бог бережет.
Я сама к машине схожу.
— Почему я должна здесь оставаться? — заупрямилась Танька.
— По кочану. У тебя ребенок маленький, а ты собралась со мной идти. Если с тобой что-нибудь случится, кто будет его растить? Твоя мама, инвалид первой группы? Да она даже из садика не сможет его забрать!
— Я с тобой пойду, — замотала головой Танька. — Я тут одна сидеть не собираюсь. Я боюсь…
— Ладно уж, пошли, трусиха, — вздохнула я и, прижимаясь спиной к стене, чтобы случайно не наступить на слишком большое для тесного Танькиного коридорчика тело Драного, подошла к двери и, стараясь действовать бесшумно, открыла замок.
На лестничной площадке за это время ничего не изменилось. Квартира налево, квартира направо, еще три квартиры в противоположном конце.
Грязноватые половички на кафельном полу. Запах жареного лука, забивавший запах мочи.
