Она не могла простить Кей бесцеремонно протянутую тарелку; эта дамочка с левацкими взглядами и снисходительной манерой держаться один к одному походила на Лизу, которая в любой компании всем затыкала рот политической демагогией и россказнями про свою деятельность в области семейного права, да ещё презирала Саманту за её бюстгальтерный бизнес.
— Адам и Дженис, — напомнила она Майлзу, и тот кивнул, — никакими средствами не смогли добиться усыновления младенца, почему так?
— Вот именно, младенца, — Кей закатила глаза, — всем подавай младенца. А Робби почти четыре года. Он не приучен к горшку, отстаёт в развитии от своих ровесников и почти наверняка видел половую распущенность. Ваши друзья согласятся принять его в семью?
— О том и речь: если бы его забрали от такой матери при рождении…
— Когда у неё родился сын, она отказалась от наркотиков и встала на путь исправления, — продолжала Кей. — Она его любила и боялась потерять, она обеспечивала ему должный уход. С помощью родных она поставила на ноги Кристал…
— Кристал! — взвизгнула Саманта. — Боже, неужели мы говорим о семье Уидон?!
Кей с ужасом осознала, что выболтала конкретные имена: в Лондоне это не играло никакой роли, но здесь, в Пэгфорде, похоже, все и вправду друг друга знали.
— Я не имела права…
Но Майлз и Саманта уже хохотали, а Мэри напряглась. Кей, не осилившая горячее и не притронувшаяся к десерту, поняла, что выпила лишнего; от волнения она постоянно прикладывалась к бокалу и теперь совершила непростительную ошибку. Но слово уже вылетело, и злиться можно было только на себя.
— Кристал Уидон — не лучшее доказательство родительского таланта её мамаши, — отметил Майлз.
— Кристал изо всех сил старается не допустить распада семьи, — сказала Кей. — Она очень привязана к брату и присматривает за ним, чтобы только его не забрали…
— Я бы не доверил Кристал присматривать, как варится яйцо вкрутую, — сказал Майлз, и Саманта опять расхохоталась. — Очень похвально, что она так привязана к братику, но он не игрушка, чтобы…"
"— Да, это понятно, — перебила Кей, вспоминая заскорузлые, дурно пахнущие ягодицы Робби, — но тем не менее дома его любят.
— Кристал измывалась над нашей дочерью Лекси, — проговорила Саманта, — так что мы знаем её с несколько иной стороны.
— Послушайте, всем известно, что Кристал в этой жизни пришлось несладко, — подключился Майлз, — никто этого не отрицает. Но у меня есть серьёзные претензии к матери-наркоманке.
— К слову, в настоящее время она успешно проходит курс реабилитации в «Беллчепеле».