Узнав от одного из администраторов грузового отсека, что радскары собираются оставаться на космической станции ещё какое-то время, я принялась караулить членов комиссии — пытаясь убедить их поменять решение. Я подсаживаясь к ним за столики в столовой, тренировалась на соседних тренажёрах в спортивных залах, даже скалолазанием занялась ради того, чтобы поговорить с радскаром из комиссии.
Наконец, один из них — по виду, годившийся мне в отцы, решил объясниться со мной без обедняков.
—Александра, дело не в ваших профессиональных качествах, — смущенно протянул господин Днарр.
—Дело в моём запахе, да? — испугалась я. Наверное, искусственные продукты поменяли запах моего тела.— Но я слышала, что не пахну для вас плохо.
—Наоборот. Ваш запах настолько чистый, что вас можно спутать с радскаркой или шеллони…
И заметив, что я не понимаю, господин Днарр честно объяснил."
"— Понимаете, у нас неприятно, чтобы девушка жила без защиты семьи или покровителя. Если бы у вас был партнер или супруг, тогда мы бы с радостью пригласили вас поработать на Арн.
А так — вам просто никто не сдаст квартиру, никто не позволит завести счет в банке.
—Подождите, но моя знакомая — тоже свободная девушка без обязательств, только что подписала контракт с работой на Арне.
— А ваша знакомая случайно не шеллони?
—Да, — растерянно кивнула я. Растерянно, потому что большинство посетителей и работников этой станции как раз и принадлежали к расе шеллони, которые выглядели как водоплавающие эльфы: стройные блондины и блондинки с перепонками на пальцах и жабрами, благодаря которым они говорили на всеобщем языке с характерным присвистом.
— Значит, у вас подобные ограничения действуют только на людей?
—Простите, Александра, но если ваша знакомая — свободная девушка без обязательств, то у неё на Арне всего две возможные должности: служанки во дворце родовитого радскара… или его наложницы. В любом случае, у вашей знакомой появился покровитель.
Впоследствии, я узнала, что подобные отсталые развлечения часто практикуются радскарами правящих родов, но в тот момент я была так ошарашена, что не знала, как на это отреагировать.
У меня на глазах рушилась моя мечта: без этой практики, мне придется пахать лет десять, прежде чем РАДЗЕАР обратит внимание на мою скромную кандидатуру.
— Что же делать? Что делать…. — я покосилась на господина Днарра. — А если я найду какого-нибудь друга?
—Вам придется доказывать, что вы не только друзья, — мягко заметил пожилой радскар.
